СЕПАРЫ

Автор Юрий Аганин

Одноактная патриотическая драма

Действующие лица:
· Анатолий (дядя Толя) — мужчина с раненым бедром. 40 лет.
· Саня — его товарищ, 35 лет
· Ярослав (Ярик) — мальчик, 9 лет
· Костя – украинский солдат, 35 лет.
· Русский солдат, 30 лет.

ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ

Сцена 1
Тёмный подвал. Единственное маленькое окно под потолком почти не даёт света. В углу — нары, на них лежит АНАТОЛИЙ. Слышен условный стук в дверь: «Тук, тук-тук, тук». АНАТОЛИЙ с трудом поднимается, нога обмотана скотчем, хромает к входу.
Отодвигает засов. Тот скрипит привычной противной мелодией. Вечерний солнечный свет врывается внутрь. АНАТОЛИЙ щурится, не видя того, кто стучал.
САНЯ (за дверью, знакомым голосом): Ну, проходи, это дядя Толя. (Кому-то рядом с собой.)
АНАТОЛИЙ сильнее щурится, прикрывает рукой глаза и обнаруживает рядом с САНЕЙ ПАЦАНЁНКА. Протягивает руку, намереваясь в приветствии пожать детскую ладонь.
АНАТОЛИЙ: Привет, ты откуда тут взялся? (Пытается выглядеть непринуждённо, но голос дрожит.)
ЯРОСЛАВ: Здрасьте. (Коротко жмёт руку, тут же прошествует внутрь подвала.) А ничего так у вас тут, не хуже, чем у меня. (Оглядывается.) Обувь снимать?
АНАТОЛИЙ: Не обязательно.
Анатолий закрывает зверь и хромает на нары.
ЯРОСЛАВ: Чо с ногой?
АНАТОЛИЙ: Пару дней назад получил пулю в бедро, благо, что навылет и не задела артерий, но, блин, болит, и рана, похоже, начала гноиться. Совсем нога не слушается. Но я этого гада запомнил. У него перо воронье на каске было прилеплено. Пижон.
ЯРОСЛАВ (спокойно): Не повезло.
САНЯ (проходя в убежище): Чай будешь?
ЯРОСЛАВ (с надеждой): А кофе есть?
САНЯ (с укоризной): Есть. А тебе не рановато?
ЯРОСЛАВ: Мне девять уже. Ничего не рановато.
САНЯ: Что-то ты на этот возраст не выглядишь. От силы лет семь. (Мягче.) Ну ладно, кофе так кофе.
АНАТОЛИЙ (обращаясь к другу): А ты-то воды принёс? Кофе он собрался наливать.
САНЯ (расстроенно): И то верно, не принёс. Давай мы тебе лучше лимонада дадим. (Вздыхает.) С водой сейчас совсем плохо, полбаклажки осталось, надо экономить.
ЯРОСЛАВ: Ну ладно, давайте ваш лимонад.
Саня достаёт бутылку лимонада, протягивает мальчику.
ЯРОСЛАВ (берёт бутылку): Где взяли? Я здесь всё обшарил, лимонада не находил.
АНАТОЛИЙ: В магазине, в паре кварталов отсюда, но сейчас туда нельзя, там бои начались. (Пауза, словно вспоминает.) Я на прошлой неделе, когда в той стороне ещё было спокойно, пробрался в раскуроченный магазин и вытащил оттуда огромную сумку консервов и упаковку лимонада — еле дотаранил. Эх, сейчас такое не получится, пулю схлопотал, Санька один отдувается в поисках провианта.
ЯРОСЛАВ (быстро приканчивает бутылку): Ещё есть?
САНЯ: Как тебя зовут-то?
ЯРОСЛАВ: Ярослав. Живу недалеко отсюда.
АНАТОЛИЙ (передаёт предпоследнюю бутылку лимонада): Держи. (Пауза.) Один что ли живёшь?
ЯРОСЛАВ: С бабкой, вместе в подвале. Нас во время эвакуации снарядом накрыло. Мамка с папкой подевались куда-то, бабка говорит, что видела, как они убегали от бомбёжки, а нас завалило, не сильно, так синяки одни. Пока выбрались, тут уже и стрельба началась по полной. Она меня в охапку схватила и в соседний подвал, так там и сидим до сих пор. Старая она, только я и спасаю.
Короткая пауза. Анатолий и Саня переглядываются.
САНЯ: Родители-то выжили?
ЯРОСЛАВ: Бабка говорит, что выжили, видела, как они убегают.
Саня кивнул.
САНЯ (тихо): А мы целенаправленно тут спрятались. Русских ждём.
ЯРОСЛАВ (смотрит с улыбкой): Сепары, получается?
САНЯ (после паузы): Получается.
АНАТОЛИЙ: Вместе с тобой и бабкой твоей.
ЯРОСЛАВ (кивает): Понимаю. (Обыденно.) Много тут таких.
САНЯ (удивлённо): В смысле — много? Две недели никого не встречал уже.
ЯРОСЛАВ (ещё больше удивляясь): Да как же? Тётя Света с дочкой Оксанкой через пару домов от вас живут, четыре старика тоже тут неподалёку, да много кого ещё. (Улыбается грустной, совсем не детской улыбкой.) Так что нас, сепаров, тут завались.
АНАТОЛИЙ (Сане, с интересом): Слушай, Саня, а вы как нашлись-то друг с другом?
САНЯ: Да как нашлись — всё просто. Шарился я в частном секторе по домам в поисках провианта или, думал, вдруг, колодец какой не заваленный встретится. А тут, как назло, обстрел начался. Я нырнул в соседний сарай, а там малец уже прячется. Так и нашлись. Потом, как стихло, я его в гости и привёл, благо до нашей пятиэтажки три квартала. (Кивает на Ярика.) Да и парню, я так понял, что по дороге.
АНАТОЛИЙ (Ярославу): А ты-то там что делал?
ЯРОСЛАВ (удивлённо): Как что? (Указывая рукой на Саню.) То же, что и он. Поесть искал, да попить, бабку-то надо кормить, старая она совсем. Да и самому голодом не очень-то.

Сцена 2.
Ярослав встаёт, намереваясь выходить из подвала.
ЯРОСЛАВ: Ну, я пойду, спасибо за лимонад. (Направляется к двери.) Надо до темноты успеть.
САНЯ (споря): Да куда ты на ночь глядя? Оставайся у нас, переночуй, а утром пойдёшь к себе.
ЯРОСЛАВ (непоколебимо): Не, не могу. Бабка волноваться будет.
САНЯ: Давай тогда провожу.
ЯРОСЛАВ (отнекиваясь, поглядывая на последнюю бутылку лимонада): Не надо, я один привык, так незаметнее.
АНАТОЛИЙ (передаёт бутылку): Держи тогда лимонад. (Заглядывает в сумку, достаёт две банки сардин из трёх оставшихся.) И консервов возьми, у нас ещё много.
САНЯ, явно зная, сколько у них еды, не возражает. Просто молча смотрит.
ЯРОСЛАВ (берёт, шепчет): Спасибо. (Пауза.) Дай Бог свидимся.
Уходит.

Сцена 3.

После ухода Ярослава начинается сильная бомбёжка. Гул, взрывы, стены дрожат. Все мигает, становится тревожным, почти красным. Саня мечется по подвалу.
САНЯ (возмущенно): Блин, вот я болван, почему не заставил парня остаться до утра?! Ему же сейчас там капец. Слышил, что творится? Надо было хоть проводить. (Мечется.) Вот дурак! Вот старый дурак! (Ненадолго замолкает, потом смотрит на АНАТОЛИЯ.) А ты сидишь и молчишь! Тоже хорош!
АНАТОЛИЙ (показывая на свою ногу): А я-то чем помогу?
САНЯ: Блин, точно.
Бомбёжка усиливается. Свет медленно гаснет до черноты, взрывы ещё слышны некоторое время, потом стихают. Потом яркий свет. Сильный стук в дверь. Из-за двери голос Ярика.
ЯРОСЛАВ: Откройте, это я, Ярик.
Саня открывает дверь. Заходит заплаканный Ярослав.
ЯРОСЛАВ: Наш подвал взрывом завалило. Прямо передо мной.
САНЯ: Слава богу, живой. Проходи, Ярик, не плачь.
Может еще и выжила твоя бабушка.

Сцена 4.
Взрывы и стрельба совсем стихли.
Саня открывает дверь, выглядывает на улицу, оглядывается, закрывает дверь.
САНЯ: Толик, слышь, тут боец лежит, в десяти метрах от входа в наш подвал.
АНАТОЛИЙ: Живой?
САНЯ: Не знаю, думаю, что живой. Стоны слышны.
АНАТОЛИЙ: Тащи его сюда, не оставлять же его помирать там.
САНЯ: А вдруг «укроп»?
АНАТАЛИЙ: А что, «укроп» не человек что ли? Тащи.
Саня выходит на улицу и через некоторое время затаскивает за плечи раненого украинского бойца КОСТЮ с жёлтой повязкой на рукаве и в каске с обломком вороньего пера. Боец в сознании и стонет. Раненого укладывают на нары.
САНЯ: Укроп.
ЯРОСЛАВ: Дядя Толя, зачем сюда укропа тащить. Я их ненавижу. Он нас всех убьёт.
АНАТОЛИЙ: Прекрати, Ярик, он безоружный. Саня, обыщи бойца, не хватало нам от него еще пулю схлопотать.
Саня ощупывает бойца.
САНЯ Пустой. (Указывая на плечо) Смотри как его разворотило. Не выживет.
АНАТОЛИЙ: Это мы еще посмотрим. Скотч остался?
Саня берёт в углу скотч и подает Анатолию.
Анатолий снимает с бойца каску с пером, замечает перо, замирает на пару секунд, переводит взгляд на лицо Кости, трясет головой, снимает разгрузку, снимает китель и обматывает скотчем плечо бойца, приподнимая его. Боец все время громко стонет.
САНЯ (Косте): Тихо ты.
АНАТОЛИЙ: Это мой клиент.
САНЯ: Что? Какой клиент?
АНАТОЛИЙ: Этот гад меня подстрелил. (Показывает каску с пером).
САНЯ: Так ты чего его лечишь? Давай его выкинем, к чертям.
ЯРОСЛАВ: В расход его, они мою бабушку убили.
АНАТОЛИЙ: Нет, ребята, он уже отплатил свое. Посмотрите на него. Мы же православные. Саня, проверь лучше еще раз карманы в разгрузке и кителе.
Саня берет снятые одежду, тщательно ощупывает карманы и возмущается.
САНЯ: Добренький ты слишком, Толик. Они бы нас не лечили. Расстреляли бы и глазом не моргнули.

АНАТОЛИЙ (Не обращая внимание на разговоры Сани) Вроде остановилась кровь. (Сане, указывая на бойца) Смотри.
САНЯ (Доставая из кармана кителя бойца фотографию и разглядывая): Ну да, может и поживает пока.
Костя пришел немного в себя.
КОСТЯ (испугано): Вы кто?
САНЯ: Молчи давай. Разговорился.
КОСТЯ: Пить дайте.
АНАТОЛИЙ: Нельзя тебе, по идее.
КОСТЯ: Не могу, дайте попить.
АНАТОЛИЙ: Саня, дай ему последнюю бутылку лимонада. (Косте) Всю не пей, это последняя.
Саня передаёт лимонад Косте. Он начинает пить и не отрывается.
ЯРОСЛАВ: Вот гад, сейчас все выпьет.
САНЯ: Эй, стой.
Саня отбирает бутылку лимонада у Кости.
САНЯ (Косте): Вот все вы такие. Сказали же, что последняя. А тебе наплевать, лишь бы самому напиться. Так?
КОСТЯ: Вы кто?
САНЯ: Кто-кто? Сепары.
КОСТЯ: Сепары? А помогаете мне зачем?
АНАТОЛИЙ: Потому что мы – люди. А вот вы здесь что делаете?
КОСТЯ: Война.
САНЯ: Понятное, что война. Мы вот на своей земле, а вам, украинцам, что здесь надо? Ты вот сам откуда?
КОСТЯ: Из Житомира.
САНЯ: Ну вот, мы же к тебе в Житомир не пришли воевать? Ты сюда пришёл.
КОСТЯ: Так здесь же Украина, я ведь тоже за свою страну воюю.
САНЯ: Заткнулся бы ты лучше, солдат. Здесь, в первую очередь, Донбасс, и воюешь ты против Донбасса. Украина у него здесь. Козёл.
АНАТОЛИЙ: Ладно, Саня, не кипятись.
Саня отошёл в сторону.
АНАТОЛИЙ: Как зовут тебя, боец?
КОСТЯ: Костя. А вас?
АНАТОЛИЙ: А вот этого тебе знать не обязательно. И как? Хорошо тебе живется? Костянтин? Тебя же сейчас так надо называть? Я вот честно тебе скажу, давно хотел спросить у вашего брата, вас же теперь всех переименовали. Вы вдруг все стали Дмитрами, Николами, Костянтинами. Вот скажи, тебя мама так называла, когда ты родился? Костянтин? (Боец молчит) Как вы своим матерям в лицо смотрите? Чисто почеловечески.
КОСТЯ: (Тихо) Нас не спросили.
Саня показывает фотографию, которую он достал из кителя солдату.
САНЯ: Кто это?

КОСТЯ: Это семья моя. Жена и двое детей. (Взволнованно) Я сам мобилизованный, мужики. Меня не спрашивают, хочу я воевать или нет. Позади заградотряды азовцев стоят.
АНАТОЛИЙ: Помолчал бы лучше. Все вы в плену становитесь мобилизованными и с заградотрядами. Это ты опасаясь Азова мне ногу прострелил? Я видел, что именно ты.
КОСТЯ: Так война же. Если не я, то меня.
САНЯ : Тебе повезло, Костя, у тебя семья живая. В Житомире. (Указывая на Ярика) А ему вот нет. У него теперь нет семьи. Спасибо защитникам Украины.
ЯРОСЛАВ: Не ври. Мамка и папка выжили. Бабка видела, как они убегают.
САНЯ: Конечно, Ярик. Извини.
(Косте) Чего молчишь?
Боец потерял сознание или уснул.
САНЯ: Умер что ли?
АНАТОЛИЙ (Трогает шею солдата) Не, живой. Спит, наверное. И нам бы всем, Саня, спать пора. Дежурство надо организовать. (Кивая на Костю) А то еще передушить нас пока мы спим. Бог его знает, что у него в башке.

ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ

Сцена 5.
Утро. СВЕТ становится бледным, сероватым. Слышны голоса, шаги многих людей. Громкий стук в дверь.
ЯРОСЛАВ (испугано): Не открывайте.
ГОЛОС ЗА КУЛИСАМИ: Здесь есть кто живой? Мы русские.
САНЯ (срывающимся голосом): Есть! Есть тут! Здесь дети и раненые. (Оборачивается к АНАТОЛИЮ.) Наши пришли…
Саня открывает дверь. Заходит русский солдат. Оглядывается.
СОЛДАТ (оглядываясь): Четверо?
САНЯ (указывая на Костю): Если этого считать за человека, то четверо.
ЯРОСЛАВ: Много там еще наших?
СОЛДАТ: Много.
ЯРОСЛАВ: А Самойленко не встречались? У меня родители пропали.
СОЛДАТ: Не знаю. Много там людей.
КОСТЯ: А со мной что будет?
СОЛДАТ: Подлатают и в плен. Или у тебя есть другие варианты?
Костя молчит.
САНЯ: А бабушка Ярика случайно не выжила? Не знаете?
СОЛДАТ: Говорю же, много людей, и бабушки и дедушки, всяких полно. Давайте потом вопросы. Торопиться надо. Собирайтесь.
АНАТОЛИЙ (тихо): Неужели дождались? (Пауза.) Вот и Слава Богу.

ЗАНАВЕС