Валерий Драгов

ГЕНИЙ

Комедия в двух действиях

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА
ДАНИИЛ ГЕНКИН (Гений), 22 года, студент — дипломник биофака университета.
АЛЛА, 21 год, студентка биофака университета.
АЛЁНА, 21 год, студентка филфака университета, подруга Аллы.
ДЕНИС (Дэн), однокурсник Даниила.
ПАВЕЛ ГРОМОВ (Гром), однокурсник Даниила.
МАРК, 22 года, аспирант кафедры генной инженерии университета.
ПЕРЕХВАТОВ АНИСИЙ БОРИСЛАВОВИЧ, 47 лет, отец Марка, проректор университета.
ЕКАТЕРИНА БОРИСОВНА, 42 года, филолог, мать Марка, жена проректора.

Наши дни

Контакты:
Драгов Валерий Викторович
+7 (986) 746 11 30
dragov@mail.ru

© Валерий Драгов
ПРОЛОГ
Улица. Скамейка. На скамейке Алла, тихо плачет. Даниил взволнованно ходит рядом. Садится на скамейку.
ДАНИИЛ. Алла… ты же знаешь, слезами не поможешь!
АЛЛА. Да… и знаю, что ничем… и никто.
ДАНИИЛ. Я… Но мне нужно два года.
АЛЛА. Через два года чудо снизойдет? Она не выдержит! Она сдалась, угасает…
ДАНИИЛ. Да… сломлена, но шанс есть!
АЛЛА. Шанс? Врачи отказались оперировать, не выдержит… И не дают гарантий, что рецидива не будет после операции! Она устала, не хочет…
Пауза.
ДАНИИЛ. Моя мама… если бы она не потеряла надежду! Но я не спас, не успел… Был на первом курсе… далек от науки…
АЛЛА. Почему два года, Дань?
ДАНИИЛ. После операции до возможного рецидива около двух лет! А за два года я успею…Через неделю защита, потом патент, потом регистрация моей методики в Минздраве, потом получение разрешения на испытание на животных, и потом…
АЛЛА. На моей маме?
ДАНИИЛ. Другого пути нет! Ищи частную клинику, где не откажут в операции! Надо продлить ее жизнь на два года!
АЛЛА. В частной — деньги…
ДАНИИЛ. Поднимай всех! Друзей, родственников!
АЛЛА. Нет никого… никого с большими деньгами!

ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ
КАРТИНА 1
Комната на троих в студенческом общежитии. В комнате один Даниил. Сидит на кровати, перед ним на стуле ноутбук. Что — то печатает. Входит Алёна. На плече сумочка. Одета, как представительница одной из древнейших профессий. Стоит, смотрит на Даниила. Пауза. Проходит в середину комнаты, делает ряд движений, демонстрирующих её женские достоинства. Даниил, не замечая её, продолжает увлеченно работать. Пауза.
АЛЁНА (громко). Доставка!
ДАНИИЛ (не отрываясь от ноутбука). Что?
АЛЁНА. Доставка мечты, что!
ДАНИИЛ (оторвавшись от компьютера). Не понял, там открыто было?
АЛЁНА. Открыто, открыто! Чего ты не понял? Эротические сны мучают?
ДАНИИЛ. В смысле?
АЛЁНА. В прямом, гений! Девушку вызывал?
ДАНИИЛ. У меня нет дедушки!
АЛЁНА. Гонишь? Быстренько комп закрыл, времени нет, еще два адреса.
Бросает свою сумку на стол, схлопывает и бросает на кровать ноутбук Даниила, отодвигает в сторону стул, ставит ногу на кровать между ног Даниила.
Аккуратненько молнию расстегнул и нежненько, с любовью сапожок снял! Зачту за прелюдию!
ДАНИИЛ. Э…э…э! Вам точно сюда? Я никого не вызывал! Какая прелюдия?! У меня экзамен через неделю, в смысле защита!
АЛЁНА. О! Шалунишка! Моя любимая игра! Какую выбираешь роль? Педагог? Студент? Чего молчишь, скромник! Ну, раз скромник, то давай педагог — я! Итак, сдаем экзамен, малыш (щелкает его по носу)! На пятерочку (щелкает по носу)! А учитывая плотность моей «педагогической» нагрузки, сдаем до-сроч-но (щелкает по носу)! У тебя что, паралич? Ни разу «педагога» так близко не видел?
ДАНИИЛ. Да, идите вы…
АЛЁНА. Неплохо! Завязывается конфликт… Ненависть, потом у-у-у — страсть! Классика!
ДАНИИЛ. Слушайте, идите вы со своей у-у-у классикой…
АЛЁНА. Куда, мой сладкий?
ДАНИИЛ. Откуда пришли!
АЛЁНА. Как это по – мужски! Как эротично! Мы все в этот мир пришли оттуда, дерзкий ты мой!
ДАНИИЛ. Да, вали ты отсюда, педагог! Сейчас Алла моя придет!
Даниил пытается встать с кровати, но Алёна резко его осаживает обратно.
АЛЁНА. Сидеть! Втроем будет веселей, обещаю! Но доплатишь!
Стук в дверь.
АЛЁНА. Да, да! Можно! (Быстро сама расстегивает молнию сапога.)
ДАНИИЛ. Нет, нет! Нельзя! (Быстро застегивает сапог, вновь пытается встать с кровати, но Алёна вновь его резко осаживает.)
Входит Алла.
ДАНИИЛ. Алл! Она все перепутала! Она вместо тебя пришла!
АЛЛА. Вместо меня?
ДАНИИЛ. Да не в смысле, что вместо тебя! Просто раньше, по ошибке!
АЛЁНА. Так, я не пОняла! (Наконец освобождает Даниила из плена.) Ты меня вызвал, чтобы отомстить этой?
АЛЛА. Ты… вызвал…эту?
ДАНИИЛ. Да никакую эту я не вызывал!
АЛЛА. Ты вызвал эту, чтобы отомстить мне? За что, Дань?
ДАНИИЛ. Да адресом она ошиблась! (Алёне.) На какой адрес тебя вызвали?
АЛЁНА (достает смартфон, открывает, показывает обоим). Вот!
ДАНИИЛ. Да прикол какой — то!
Алла дает пощечину Даниилу.
АЛЁНА. Ого! Вот где страсть — то! У-у-у! Прям мелодрама! Но все разборки без меня! (Даниилу.) Мне половину отстегнул за ложный вызов, и я ушла!
ДАНИИЛ. Да иди ты…идите обе!
АЛЛА. Не обижай труженицу, все ж старалась…
ДАНИИЛ. Да ничего она не старалась!
АЛЁНА. Ну что, охране позвонить? Дороже будет!
ДАНИИЛ (шарит по карманам, вынимает мятую купюру). Больше нет!
Алла дает еще пощечину Даниилу.
АЛЁНА. Нет, это не мелодрама, это трагедия! Но все ж не при мне! Я трупов боюсь!
АЛЛА. Значит, не старалась? А я вижу, что понравилось!
ДАНИИЛ. Да чего ты видишь? Чего ты видишь?! Ничего не понравилось!
АЛЁНА. А… все-таки не понравилось?! Что так? А по виду она профи! А почему кричал «нельзя»?
ДАНИИЛ. «Нравится — не нравится, старалась — не старалась, можно — нельзя»! Ты ссориться пришла?
АЛЛА. Я не пришла! Я ушла, гений!
Алла направляется к двери.
ДАНИИЛ (бежит за ней). Алла, Аллочка!
Алла выходит, Даниил за ней. Алёна кладет ноутбук на стол, открывает, вставляет флешку.
АЛЁНА. Ну, давай — давай, миленький, давай сладенький… (Скачав файл, схлопывает ноутбук, направляется к выходу.)
Входит Даниил.
Упорхнула птичка? Не печалься, гений! Ты не в курсе, что ль, что (фальшиво поет) «сердце красавицы всегда изменяет…» и даже если мне память не изменяет, оно, это сердце, склоняется к измене, как майский ветерок! Только из какого это фильма я не помню!
ДАНИИЛ. Фильма? А разве не из какого «кина»?
АЛЁНА. В смысле?
ДАНИИЛ. В смысле, что содержание должно соответствовать форме! «Сердце красавиц склонно к измене и к перемене, как ветер мая» — из оперы «Риголетто» Джузеппе Верди, а не из какого — то «кина».
АЛЁНА. Где уж нам!
ДАНИИЛ. Вам – да! Негде!
АЛЁНА. К качеству содержания твоей формы тоже есть вопросы.
ДАНИИЛ. Неужели? И…?
АЛЁНА. Хамства многовато, явно не хватает третьей пощечины! Обычно после третьей мужики смирнеют, а некоторые даже умнеют! Позвать твою подружку?
ДАНИИЛ. Здесь остановилась, повернулась кругом и вышла! Свое ты получила!
АЛЁНА. И ты получил! Но не печалься, гений! ПомИритесь! Подумаешь, две оплеухи! Не последние в твоей жизни…
Направляется к выходу.
ДАНИИЛ (в след Алёне). Беги — беги! Только адреса не перепутай, педагог!
АЛЁНА. Да пошел ты… гений! (Уходит.)
Даниил садится на кровать.
ДАНИИЛ (задумчиво, монотонно). «Клятвами страстными сердце взволнует, этими же губками лжёт и целует. Можно браниться, можно сердиться, но не влюбиться всё же нельзя». (Пауза.) Гений… Странно… Гений… Интересно…
КАРТИНА 2
Улица. На скамейке Алла. Подбегает Алёна.
АЛЛА. Ну?
АЛЁНА. Сноб! Нахамил!
АЛЛА (смеется). По одежке встретил? Он – да! У него отвращение к таким, как ты! Стоп, стоп, стоп… Исправляюсь! К таким, какую ты ему нарисовала!
АЛЁНА. Вовремя исправилась! Хотя, да! Нормальная реакция, если есть отвращение! А «гения» ты ему не зря прилепила! Я вошла вся такая… ну ты видишь! А он как «ботан» еле от компа оторвался!
АЛЛА. Этот «ботан» бывает и резок, бывает и нагл! А бывает и смирён, как прихожанин!
АЛЁНА. Вот, вот! Думала вышвырнет меня, а он денег дал! Так что от получки не будет заначивать — протестировано! На! (Отдает деньги.)
АЛЛА. Получка… Слово смешное вспомнила! Мама всегда спрашивала папу про получку, всегда не хватало до следующей! Флешку давай! Вся надежда в ней!
АЛЁНА. Ах, да … (Роется в сумочке, ищет флешку.) Ну, ты актриса! Такое изумление… так сыграть! Пощечины — жесть! А если бы он за тобой не побежал? И как бы я тогда…
АЛЛА. Побежал же! Меня ему терять нельзя! Потому что комфортна… Сама приду, хавчик принесу, простынку свою свежую … Стресс сниму! Он все смеется: моя верхняя часть туловища хорошо думает, потому что нижняя в хороших руках! Только и минутки не проходит, как он после этого из кроватки прыг и за стол, за комп свой! И я снова одна! А ты тоже хороша была, все по-взрослому! В случае чего без работы не останешься! Стоп, стоп, стоп… исправляюсь! Шучу!
АЛЁНА. Вовремя исправилась! Смешно тебе… Знаешь, что мне стоило, без пяти минут филологу, изобразить эту…? А исковеркать песенку Герцога Мантуанского? Верди меня не простит!
АЛЛА. А она ему кто?
АЛЁНА. Кто?
АЛЛА. Верди! Герцогу она кто? Какие отношения? Возлюбленная, что ли?
АЛЁНА. Ну, как тебе… Скорее это отношения создателя с результатом своего труда!
АЛЛА. Господи! И про это еще и песенки поют! Не-е-е-т, это не мое!
АЛЁНА. Да, пожалуй… А вот это твое! (Наконец, находит флешку в сумочке, отдает Алле.) На! А ты не круто с парнем своим? Как — то он сдулся!
АЛЛА. Теперь, с бывшим… с твоей помощью! Теперь у меня компромат! Ты его спалила!
АЛЁНА. Ты же сказала только подшутим, встряхнем его! Отвлечем от грез научных! Напомним, что кроме науки есть еще и мы, женщины! А файл скачать, так там что — то про тебя личное!
АЛЛА. Там то, что может сильно изменить мое личное… и маму поднять… если Марк этим правильно распорядится!
АЛЁНА. Марк?
АЛЛА. Да, Марк! Не гений же! Что может этот «ботан»?
АЛЁНА. Ты два года была с ним! Под венец собиралась!
АЛЛА. Смешно сказала – «под венец»! Да, собиралась! Да, два года! Только эти два года я себя отдавала ему, а он себя отдавал науке! Все говорил, что подождать надо, а потом… А что потом? Подождать, пока он со своей наукой разберется? А деньги на операцию где взять? А Марк… Марк голову потерял, когда узнал об открытии Даньки… Денег пообещал… Да и этому (показывает на флешку) он быстрее ход даст, через папика, конечно… И вот он — реальный шанс маму спасти! И опытный он — знает, как меня успокоить! Неожиданно настойчив оказался, и… приятен! А Гений, так себе! Даже в постели не со мной, а с ней… с наукой! А я? Я этого достойна?
АЛЁНА. Я видела, как он за тобой побежал! Вот этого мы достойны!
АЛЛА. Я не видела…
АЛЁНА. Главное, что он…
АЛЛА. Что? Любит? Только на любовь и жизнь, отложенную на «потом», я не подписывалась! У него все на «потом»! «Открытие запатентую, потом патент продам, потом дом построю и потом из общаги тебя вытащу». Только «потом» — дорога в «никогда»! Ничего он не построит!
АЛЁНА. Алл, создаёт и строит любовь! К ней всё тянется! Зачем нам, женщинам, дом без любви? Входить в него и каждый раз встречать холодные, равнодушные глаза? Так что, Данька, может и построит!
АЛЛА. Романтическая чушь! Данька — романтик. Это диагноз!
АЛЁНА. Марку тоже диагноз поставила?
АЛЛА. Реалист, я бы сказала больше — прагматик! Крепко стоит на ногах, умен, большое будущее…
АЛЁНА. Я бы сказала больше — циник!
АЛЛА. Нет, человек действия!
АЛЁНА. А может все дело в…
АЛЛА. Да и в них, в деньгах тоже! Осуждаешь?!
АЛЁНА. Понимаю…
АЛЛА. Вот и Марк все сразу понял! Меня понял! Уложил и успокоил так, что за полчаса два раза «белый флаг» выбрасывала! Правда после этого я… Но он все уладил. Денег дал, сказал, что рано об этом думать! Мне закончить, ему защититься, а уж потом дети! И семья у него приличная! Уж я бы там вписалась! Вписалась — прописалась! А защитится (показывает на флешку), ему цены не будет!
АЛЁНА. Марк все рассчитал и повесил на тебя ценник, не противно?
АЛЛА. А у тебя нет цены?
АЛЁНА. Есть, но валюта другая!
АЛЛА. Девочка моя! Валюта у нас баб одна — расчет! И браки по расчету самые прочные и счастливые, если все правильно рассчитать!
АЛЁНА. Гений знает, что в твоих расчетах его уже нет, что он уже «бывший»?
АЛЛА. А вот это, мой филолог дорогой, не твоя тема! (Набирает номер телефона, говорит: «Все у меня…».)
ГОЛОС В ТРУБКЕ. Пассиба, малыш!
АЛЛА. Я тебе не малыш! Марку передай — я своё сделала. Остальное за ним… (Алёне, весело.) Ну, пойдем, отметим это! Тут рядом!
КАРТИНА 3
Общежитие. В комнате Даниил. Пытается дозвониться до Аллы.
ДАНИИЛ. Да, возьми же…Возьми, черт возьми, ну!
ГОЛОС АЛЛЫ. Ну?
ДАНИИЛ. Алл! Послушай! Это не то, что ты подумала!
ГОЛОС АЛЛЫ. Смешно сказал! Как в глупеньком американском кино, где жена застает мужа с любовницей в постели, а он ей на чистом глазу: дорогая, это не то, что ты подумала!
ДАНИИЛ. Да, не то! Подожди, не сбрасывай! Ты, пойми…
ГОЛОС АЛЛЫ. Я поняла … (Гудки.).
Стук в дверь. Даниил боязливо подходит к двери.
ДАНИИЛ. Вам кого?
ГОЛОС ЗА ДВЕРЬЮ (явно измененный). Доставка!
ДАНИИЛ (кричит). Я ничего не заказывал! И никого!
Смех за дверью.
ГОЛОС ЗА ДВЕРЬЮ. Открывай, Эйнштейн?
ДАНИИЛ (открывает дверь). Лучше уж Эйнштейн, чем гений!
Входят однокурсники Дэн и Гром, в хорошем настроении.
ГРОМ. А что, Эйнштейн, не гений?
ДАНИИЛ. Гений, гений…
ДЕНИС. Аллка твоя навстречу попалась, радостная такая! Типа у вас одновременно это случилось? Поздравляю!
ДАНИИЛ. Радостная?!
ГРОМ. Ессно! Одновременное это дано не многим!
ДЕНИС. Ну, нам — то дано! (Смеется с Громом.)
ДАНИИЛ. Вам?!
ГРОМ. Дурачок!
ДЕНИС. Не в этом смысле!
ГРОМ. Ну, не тяни, расскажи, порадуй друзей! Как там в объятьях Эроса?
ДАНИИЛ. Эрос — бог любви, то есть — мужик! К нему женщины льнут… А мужчины тоскуют по объятьям Афродиты! Учите матчасть, бестолочи!
ДЕНИС. Ну, точно, Эйнштейн, не меньше!
ГРОМ. Пассиба за совет!
ДАНИИЛ. Она была одна?
ГРОМ. Конечно, нет! Они были вместе!
ДАНИИЛ. С кем она была?
ГРОМ. Она и хорошее настроение!
ДАНИИЛ. Гром, я серьезно!
ДЕНИС. О! В Гении проснулся чернокожий мавр! Вперед, наш генерал! Еще догонишь и успеешь сомкнуть на нежной шее жертвы накаченные на клаве пальцы!
ГРОМ. Ого, Дэн! Шекспир отдыхает!
ДАНИИЛ. Отелло не был чернокожим, он смуглым был! Чернокожим его сделали переводчики! И не удалось ему её задушить до конца — кинжал вонзил ей в сердце, чтоб не мучилась!
ГРОМ. Как благородно! Сначала девушку немножко придушить, чтоб не сопротивлялась, а затем заколоть, чтоб не мучилась! Благородно и разумно!
ДАНИИЛ. Садист! И разумным Отелло не был. А неразумным его сделала любовь! «Любил не мудро, но очень сильно!» — так про себя говорил! Вот в крушении этой любви и состоит величайшая трагедия, как и во многих пьесах Шекспира! Да что я тут бисер мечу? Читайте Шекспира в оригинале! Бестолочи!
ДЕНИС. Про твои теплые отношения с Шекспиром знает весь универ! Даже кое — кто из — за этих отношений пострадал!
ДАНИИЛ. Кстати, спор наш я выиграл! Где ваш проигрыш, он же мой выигрыш? Больше полгода прошло и не один сонет не выучили, прогульщики!
ГРОМ. Дань, это не поднять, 154 штуки, все-таки!
ДАНИИЛ. Тогда хоть читайте, читайте… Наращивайте свой скудный интеллектик, дабы он мог хоть иногда прикрывать ваши незрелые прыщавые фантазии!
ГРОМ. Ого, выдал! Ты чего агришься?
ДЕНИС. Да, ладно, Гром… видишь он еще с ней! Не мешай личному счастью!
Даниил открывает ноутбук.
ДАНИИЛ. Странно, ноут был на кровати… и файл я не закрывал…
ГРОМ (подходит к Даниилу, смотрит на экран ноутбука). Какой, этот?
ДАНИИЛ (прикрывая ноутбук). Не важно!
КАРТИНА 4
Квартира Перехватовых. Полдень. Екатерина Борисовна накрывает обеденный стол. За столом Перехватов и Марк. Накрыв, к ним подсаживается Екатерина Борисовна.
ПЕРЕХВАТОВ. Чего тянешь? Год почти прошел, а у тебя не то, что конь — жеребенок не валялся!
МАРК. Пап, ты же сам ученый, знаешь…
ПЕРЕХВАТОВ. Потому и знаю, что ученый! А тебе еще им стать придется!
ЕКАТЕРИНА БОРИСОВНА (накладывая мужу борщ). Сметанки?
МАРК. И мне…
ПЕРЕХВАТОВ. Через год истекает полномочие Учёного совета, выборы нового председателя. Если меня не переизберут, могут быть проблемы! Ты же знаешь, у нас не любят сынков… мажоров, так сказать.
МАРК. Пап, ну какой я мажор? Ты ж не олигарх, какой-то!
ПЕРЕХВАТОВ. А ты хотя бы до моего доберись! Мой диплом был по глубине и объему в половину кандидатской и через год я уже защитился! И это в то время, когда уже появился ты! И мне приходилось…
МАРК. Мам, где у нас афиша!
ЕКАТЕРИНА БОРИСОВНА. Что?
МАРК. Хочу понять, у нас сегодня опять «Отцов и детей» дают, или пьеска посвежей нашлась?!
ЕКАТЕРИНА БОРИСОВНА. Марк!
ПЕРЕХВАТОВ. Хамишь?!
МАРК. Что «Марк»? Что «Марк»? Может, хватит драм?! Много и других жанров! Комедия, например, фарт опять же! Надоела ваша грибоедовщина!
ЕКАТЕРИНА БОРИСОВНА. Марк, не фарт, а фарс. И «Отцы и дети» не Грибоедов, а Тургенев написал, Иван Сергеевич…
МАРК. Ну, тургеневщина!
ПЕРЕХВАТОВ. Вот — вот, я и говорю: бардак у тебя в голове! Порядок будешь наводить?!
ЕКАТЕРИНА БОРИСОВНА. Анисий, ну что ты, в самом деле! Дай поесть человеку! Сам он разберется со своей жизнью!
Звонит телефон Марка. Марк выходит из-за стола, говорит: «Да… Уверен? … А это именно то?»
ПЕРЕХВАТОВ. Я, в отличие от тебя, его не только котлетами пичкаю, но и в голову что — то пытаюсь вложить!
Марк: «Она рядом? Дай ей трубку… Привет!»
ЕКАТЕРИНА БОРИСОВНА. С меня хватит… Уберете сами! (Уходит.)
Марк: «Без проколов? Она одна была?»
ПЕРЕХВАТОВ (вслед Екатерине Борисовне). Вот — вот! Когда нужно проявить родительскую волю, твердость и на путь истинный направить, ты в сторону!
Марк: «Хорошо, хорошо… Все потом!»
МАРК (садится за стол, продолжает есть). Я меняю тему!
ПЕРЕХВАТОВ. Одна у нас с тобой тема — расслабился!
МАРК. Тему диссертации…
Пауза. Перехватов встает, подходит к буфету, достает початую бутылку коньяка, наливает рюмку, выпивает и медленно выходит из столовой.
МАРК. Да, не готово старшее поколение к фундаментальным переменам. Стрессоустойчивость на нуле! Грибоедовщина, в общем! В том смысле, что — тургеневщина…
Марк, явно довольный, подходит к буфету, наливает рюмку, пьет. Быстро входит Екатерина Борисовна.
ЕКАТЕРИНА БОРИСОВНА. Что! Что ты ему сказал?! Он никакой!
МАРК. Правду! Представь, у меня тоже есть своя правда в этой жизни! Мне еще двадцать два только… Вон, Пушкина в двадцать семь застрелили, а он столько успел наваять! Я тоже многое успею! По крайней мере, у меня как минимум пяток лет в запасе!
ЕКАТЕРИНА БОРИСОВНА (убирая со стола). В двадцать семь неполных лет на дуэли погиб Лермонтов! Пушкин в тридцать семь…
МАРК. Тем более…
Быстро входит Перехватов.
ПЕРЕХВАТОВ. Своя правда?! Своя правда?! Двадцать два года я тебя тяну! Двадцать два! С детства залили любовью и заботой! Вот тебе конфеточка, вот тебе пироженка… Из кожи лезли! Мать в одном платье пять лет ходила! Лишнего куска с ней не съели! Все в копилочку! Чтоб сынынке кроссовки новые, не хуже других, чтоб бейсболочку покруче, чтоб на море хотя бы раз в год поплескаться отвезти! А ты – своя правда?! Мать ради тебя от всего отказалась, от науки, карьеры…
МАРК. Не меня одного ради! Не ты ли поощрял ее успехи в качестве горничной и кухарки?!
ЕКАТЕРИНА БОРИСОВНА. Марк! Ты не так все видишь… Для матери главное…
ПЕРЕХВАТОВ. Я?! Хорошо, я! Но я сторицей ей платил и вниманием, и любовью… А ты чем заплатил за материнскую любовь?! Своей правдой?! Ну, расскажи нам с матерью про свою правду! Еле – еле школу закончить – это твоя правда?! В университет на бюджет не поступить, и учится на зарплату папы – это твоя правда?! А в аспирантуру тебя за шиворот тащил и затащил раньше на год только потому, что я проректор и председатель Ученого совета – это твоя правда?! А девчонку свою за нос водить, гор наобещать, а отделаться подачкой на аборт– это твоя правда?!
Подходит к буфету, отставляет в сторону рюмку, достает фужер, выливает в него весь коньяк, пьет. Ставит пустую бутылку в буфет. Уходит.
МАРК. Кто ему слил про Аллу?
ЕКАТЕРИНА БОРИСОВНА. У него столько завистников! Есть кому слух пустить… Пришел на днях злой! Репутация, сынок, зарабатывается годами, а теряется за минуту! Да и девочку жалко… Ей еще целый год по коридорам университета ходить!
МАРК. Если репутация потеряна за минуту, значит, её и не было! А самая прочная репутация — финансовые возможности. Спроси об этом любую… искательницу сладкой жизни! Готовы всю жизнь в клетке просидеть, лишь бы золотая! Как скупой рыцарь у Лермонтова!
ЕКАТЕРИНА БОРИСОВНА. «Скупой рыцарь», Марк, это — Пушкин! И в клетке скупой рыцарь не сидел, а хранил свои нечестно добытые сокровища в подвале, в сундуках!
Читает, заканчивая убирать со стола.
Как молодой повеса ждет свиданья
С какой-нибудь развратницей лукавой
Иль дурой, им обманутой, так я
Весь день минуты ждал, когда сойду
В подвал мой тайный, к верным сундукам.
Счастливый день! могу сегодня я
В шестой сундук (в сундук еще неполный)
Горсть золота накопленного всыпать.
Не много, кажется, но понемногу
Сокровища растут…
МАРК. Классно! И шестой сундук он наполнит! И не важно, честно или нет! Добыл нечестно, а репутацию такую заимел, что сам Пушкин его обессмертил!
ЕКАТЕРИНА БОРИСОВНА. Не наполнит, не успеет… И обессмертил его не Пушкин, обессмертила его жадность…Поэт просто описал, как под влиянием этого порока необратимо меняется личность, как некогда бесстрашный и благородный рыцарь стал рабом золотых монет, полностью утратил достоинство и даже готов навредить единственному сыну, обвинив его в покушении на себя, лишь бы тот не завладел его богатством.
Быстро входит Перехватов.
ПЕРЕХВАТОВ. А что ты в свои двадцать два успел сделать, чтобы не обессмертить имя своё, а хотя бы заставить говорить о нем?! А?! Что?! Простой парень из глуши, почти безродный… И папа не проректор, и мама не филолог…А диплом на уровне диссертации через неделю на защите представит! Идет почти по моему пути! Диплом – половина диссера! Я в шоке! Синтез физиологии и медицины! Восстановление и укрепление иммунной системы и управление её работой! И это все за копейки: комбинация дешевых препаратов и волновое воздействие на очаг! Гениально! Восстановили и укрепили иммунитет, и он сам разобрался со всеми болячками! Блеск! Нобель, как минимум! Просто, глубоко, красиво! Первая его работа и сразу мировой уровень! Университет наш прогремит! На весь мир прогремит!
ЕКАТЕРИНА БОРИСОВНА. Ты про Генкина? (Смеётся.) Весь институт наш за нос полгода водил! Представляете, пришел к нам на Кафедру языкознания и литературоведения и объявил, что нашел последний сонет Шекспира, 155-й! А их считалось всего 154! Якобы, был в Англии и в архивах раскопал сонет этот. Попросил перевести и назначить экспертизу на подлинность. Через месяц приходит ответ: сонет Шекспира! Полгода мы читали его с упоением:
Луной прекрасна ночь и тишиной.
Томится ожиданием свиданья
Отравленный любовью ум, и на покой
Уходят смысл, рассудок и дыханье!… и так далее! А он, оказывается, поспорил с друзьями, что надует всех этих заплесневелых теоретиков, подсунув им свой сонет, стилизованный под Шекспира! И ведь принес его, написанным на английском, елизаветинском языке! Уже печатать хотели! Скандал какой был! Завкафедрой уволился…
ПЕРЕХВАТОВ. Про него, про него! Вот талант, ничего не скажешь! А ты почти год на что потратил? Чтобы, в конце концов, тему вдруг сменить, а потом еще два потратить?! «Facere et est tempore» — делай и успеешь! Слышишь меня?! Делай и успеешь!
Подходит к буфету, вновь достаёт бутылку. Она пуста.
Кто ставит пустую бутылку в буфет?! Примету не знаете?! Всю жизнь в моём доме хаос! То тему сменят, то аборт сделают, а то еще хуже — весь коньяк вылакают?! (Уходит.)
Пауза.
ЕКАТЕРИНА БОРИСОВНА. Сынок! Для матери главное…
МАРК. Хм… Может и сделаю… (Направляется к выходу.)
ЕКАТЕРИНА БОРИСОВНА (вслед Марку). Марк, ты не так все видишь! Для меня…
МАРК (оборачиваясь). Фацэрэ… как там?
ЕКАТЕРИНА БОРИСОВНА. … эт эст тэмпорэ!

КАРТИНА 5
Парк. Скамейка. Сидит Алла. Подходит Гром.
ГРОМ. Что, наш господин не в духе?
АЛЛА. Сейчас подойдет — спросишь! Только мне кажется, он спросит с нас!
ГРОМ. Ну, наверное, не с нас, а с тебя. Я лишь обеспечивал, так сказать, возможность тебе создавал! Брачок в твоей работе, да? Наслышан!
АЛЛА. Откуда?
ГРОМ. Данька заметил — кто-то копался в его компе! Сказал, что успел запаролить инфу. Так что полный факап! Ну, ничего, загладишь! Мастерица ты гладить, как мы знаем!
АЛЛА. А по морде?!
ГРОМ (заигрывая). От ненависти до любви…сама знаешь, полчаса качественного секса!
АЛЛА. А еще, как говорит Данька, наивысшая степень ненависти — безразличие! (Бьет Грома по рукам.) Не лапай чужое!
ГРОМ. А конкретнее? Это чужое — чьё теперь? Да, ладно, остынь… и успокойся! Все всё знают!
Появляется Марк. В руках ноутбук.
МАРК. Все – это КТО? И всё — это ЧТО?
ГРОМ. Да, мы про Даньку…
МАРК. И я про него… (Садится на скамейку, открывает ноутбук, находит файл, который скачала Алла.) На, (передает ноутбук Алле) открой!
АЛЛА (пытается открыть файл). Здесь… пароль. (Передает ноутбук Грому.)
МАРК. Это не пароль, это крушение моих надежд, да и твоих тоже! Ты думаешь, это стоит тех денег, что нужны для твоей мамы! (Грому.) А ты место в аспирантуре, вместо Генкина, тоже за это хотел получить?
АЛЛА. Марк, любой пароль можно взломать, только хорошего айтишника найти!
МАРК. Найти? Он через неделю защищается! Через неделю подтвердится его авторство!
АЛЛА. А его куратор? Он же все равно в курсе!
МАРК. Не проблема, решу. Он ученик отца, ему есть, что терять!
ГРОМ (копаясь в ноутбуке). Здесь программа стоит… введешь неправильный пароль -уничтожение массива данных!
МАРК (забирая ноутбук). Вот и не лезь!
ГРОМ. Марк, Данька не мог это так оставить, наверняка есть копия, для страховки. Глупо иметь одну копию с риском её уничтожения!
МАРК. Согласен… Два дня вам найти её. Но, если и она запаролена, у вас один вариант — Данька… Иначе ты попадешь не в аспирантуру, а сам знаешь куда. Уж я похлопочу! Ну, а у тебя второй мамы, как я понимаю, нет!
Марк уходит. Пауза.
АЛЛА. Если «не в аспирантуру, а сам знаешь куда», это куда?
ГРОМ. Туда, откуда можно не вернуться…
АЛЛА. Тебе аспирантура нужна для брони?
ГРОМ. Не я СВО начинал!
АЛЛА. И думая о шкуре своей, ты друга своего…
ГРОМ (обрывая Аллу). Он мне не друг… Ему всегда везло и везет! Может повезти и там! А вот ты…Вы друг у друга в топе были! Он во сне бормотал: «Алла моя, Аллочка …». Слила?! Слила топ — девочка своего топ — мальчика?! Только про маму мне не надо! Деньги можно найти и не в кроватке мажорчика! Сколько зайцев и зайчат за один выстрел у тебя, а? Пальчики тебе позагибать? Денежки — раз, муж из приличной семейки – два, свёкор богатенький, со связями и положением — три, дачка с садиком и розами под окном — четыре, молчаливая, безропотная свекровь — пять! У меня еще пять пальцев осталось, загибать?
АЛЛА. Пятнадцать… На ногах не учел! А теперь я тебе пальчики загну! Пять лет в общаге в одной комнате бок обок терлись — загнул? Когда ты без стипендии сидел, за чей счет ты брюхо свое набивал целый год — загнул? Когда тебя из универа за неуспеваемость попёрли, кто ходил к декану, просил тебя не выгонять и сказал, что тоже уйдет, хотя был лучшим на курсе – загнул?! Кто перед деканом взял личную ответственность за твою успеваемость, и тратил потом на тебя свое время, тащил, тащил, тащил — загнул?! А сейчас, прости Данёк, мне шкурка своя дороже – DELETE, да?!
Пауза.
ГРОМ. Мне десять лет, весна… Мы с пацанами переходим реку…Лед не крепкий, подтаявший… затрещал… все бросились к берегу! А у меня ступор: смотрю на трещины, на проступающую темную воду и не могу сдвинутся…И страх, животный… ни ногой, ни рукой – паралич… Пацаны добрались до берега и предательски разбежались по домам… Не помню, как выбрался — на пузе полз… Домой пришел мокрый… месяц в больнице… пневмония. С тех пор нет у меня друзей… потому что… их вообще не бывает… Алл, я не могу туда… я не могу туда пойти… меня там убьют! Потому что бросят… я там буду один… Тот страх еще во мне!
Пауза.
АЛЛА. Пошли, Паш… У нас мало времени!
Уходят.

КАРТИНА 6
Общежитие. На своей кровати под одеялом, почти не заметен, лежит Дэн. Похоже спит. Даниил лежит на своей кровати, ноги в кроссовках задрал на спинку. Слушает через наушники смартфона что — то явно веселое. Входит Алёна. На этот раз одета обыкновенно. Стоит, смотрит на Даниила. Пауза. Подходит сзади и срывает с него наушники. Даниил удивленно разглядывает Алёну, потом отбирает у неё наушники и снова надевает. Алена снова срывает наушники и кладет их вместе со смартфоном на стол.
ДАНИИЛ. А…! Педагог! Какие перемены! Как ты пела? Красавица склоняется к перемене, как майский ветерок?
АЛЁНА. Вижу узнал…
ДАНИИЛ. Узнал… Кстати, образ раскаявшейся развратницы тебе тоже к лицу.
АЛЁНА. Что значит тоже?
ДАНИИЛ. А то и значит, что тоже зачет!
АЛЁНА. Старалась…
ДАНИИЛ. Получилось…
АЛЁНА. Я пришла…
ДАНИИЛ. Уж не исповедоваться ли? Не получится — аналоя здесь нет!
АЛЁНА. Мне не в чем…
ДАНИИЛ. После твоего последнего посещения, думаю, есть в чем!
АЛЁНА. Обстоятельства…
ДАНИИЛ (подражая священнослужителю). Так, слушаю исповедь, дочь моя!
АЛЁНА. Но у аналоя, чтоб ты знал, не только исповедуются, но и венчаются!
ДАНИИЛ. Есть печальный опыт?
АЛЁНА. Нет, но будет. И надеюсь, не печальный!
ДАНИИЛ (подражая священнослужителю). Да, придет время, и тебя приведут к аналою! Не с раскаянием, но венчати! Но прежде поведай, какая потреба изнову привела тебя ко мне, дитя моё? Земные иль небесные планы, что и прежде? Паки, посетит меня, раба божья Алла и ударит сначала по правой, затем по другой щеке? (Выйдя из образа, обыденно.) Давай хоть сапожок стащу нежненько, с любовью, как ты учила! Чтоб было за что оплеухи получать!
АЛЁНА. Не богохульствуйте, батюшка…Отнюдь! Планы земные изменились. Но раба божья Алла не знает, что я здесь!
ДАНИИЛ (наигранно, удивленно). «Отнюдь»? Ты знаешь это слово? После арии из Риголетто в твоем исполнении я поверил в реинкарнацию Леночки Щукиной!
АЛЁНА. «Хамите», «Парниша», «Жуть»!
ДАНИИЛ. «Хо-хо», «Мрак», «Знаменито»!
АЛЁНА. Да, с Эллочкой Людоедкой меня еще не сравнивали!
Смеются.
ДАНИИЛ. Вы с Аллкой прокололись, когда ты назвала меня Гением. Никому не позволяю так меня называть, кроме Аллы, Дэна и Грома! Я понял — ты от неё! И понял про ноутбук — ты сработала не профессионально. И что же Алла на сей раз задумала, раз оплеух не намечается?
АЛЁНА. Да, с компом я не очень, не в обнимку! Я филолог, будущий… Она переживает…за мать!
ДАНИИЛ. Филолог? Вот откуда «отнюдь»! Небось, и стихи пишешь? За мать переживать нормально.
АЛЁНА. Все могут писать стихи, только не все знают об этом. Алле обещали деньги на операцию…
ДАНИИЛ. Прочтешь?
АЛЁНА. А ты?
ДАНИИЛ. Я не пишу… Или, как ты говоришь, не знаю, что могу писать!
АЛЁНА (смеётся). Из — за твоего сонета у нас завкафедрой уволился!
ДАНИИЛ (смеётся). В курсе, но видит бог, мы с Вильямом этого не хотели!
АЛЁНА (читает).
Луной прекрасна ночь и тишиной.
Томится ожиданием свиданья
Отравленный любовью ум, и на покой
Уходят смысл, рассудок и дыханье!
ДАНИИЛ (продолжает).
Уймите дрожь моей души, шаги!
Они все ближе, шелест их так сладок!
Она!.. Вот — вот ее коснусь руки!
Рассвет нам враг, природы враг порядок!
АЛЁНА.
Сплетутся вновь слова, сердца и руки…
Нас спеленает теплых рос туман!
Осветит ложе первый луч… Разлука
Отравит день — любви надежд обман!
ДАНИИЛ.
Несем мы жизни крест, любви не зная!
АЛЁНА.
Придет любовь — откроет двери рая!
Пауза
АЛЁНА. И у меня есть стих про луну…
ДАНИИЛ. У меня не про луну…
АЛЁНА. У меня тоже…
Пауза.
ДАНИИЛ. Что значит «обещали»? Обещали и дадут, или обещали и не дали?
АЛЁНА. Она знает, что не простишь и поэтому…
ДАНИИЛ. Кто обещал?
АЛЁНА. Марк. За твое открытие…Я скачала…Но…
ДАНИИЛ. Но не открыла…
АЛЁНА. Ему нужен пароль…
ДАНИИЛ. Я все понял…
АЛЁНА. Ты понял не все! Марк хочет, чтобы ты отказался от защиты. А в аспирантуру на твое место он хочет…
ДАНИИЛ. Почему ты согласилась?
АЛЁНА. Согласилась прийти сюда?
ДАНИИЛ. Вы разные…согласилась ей помогать?
АЛЁНА. Не ей…маме…
ДАНИИЛ. И кого Марк хочет на мое место в аспирантуру?
АЛЁНА. Я только за маму…за маму прошу, вернее за Аллу! С аспирантурой разбирайтесь сами…
Входят Гром и Алла.
ГРОМ. Мы сейчас разберемся, малыш! (Даниилу.) Надеюсь, Дань, ты не против меня и сделаешь правильный ход?
ДЕНИС (потягиваясь, встает с кровати). Паш, ты же знаешь, Данька — наш гений! И хотя, как сказал классик, он парадоксов друг, но сделает правильный ход! Но сначала ход мой…
Бьет Грома в челюсть. Гром падает на кровать.

КОНЕЦ ПЕРВОГО ДЕЙСТВИЯ

ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ
КАРТИНА 7
Квартира Перехватовых. Полдень. За обеденным столом Перехватов, Екатерина Борисовна и Марк.
ПЕРЕХВАТОВ. Никакой ответственности! Через три дня защита! Собирается весь Ученый совет, а он на последнюю консультацию не пришел, его руководитель доложил! Что за молодежь!
ЕКАТЕРИНА БОРИСОВНА. Анисий, вспомни свою бесшабашную молодость! Когда Марик родился, где ты был? Лишь на третий день явился!
ПЕРЕХВАТОВ. Ну, Кать, так положено! С друзьями обмывали новоиспеченного отца!
МАРК. Три дня?
ПЕРЕХВАТОВ. Ну, ведь сын же, наследник!
МАРК (смеется). Обмывали? Может не отца, а мое рождение? А то звучит как — то мрачновато!
Смеются.
ЕКАТЕРИНА БОРИСОВНА. А третий курс, до Нового года 20 минут, помнишь?
ПЕРЕХВАТОВ. Каток?
ЕКАТЕРИНА БОРИСОВНА. Да! Марк, ты представляешь! Бежим с Ладкой в общагу к ней, столы накрыты, нас ждут… (Анисию Бориславовичу.) Ладу помнишь? Ну, с кудряшками такая, кареглазая, все латынью нас мучила? Еще фразу она придумала, которую ты все повторяешь: «Facere et est tempore», помнишь?! Да, помнишь, помнишь! Метался между нами… Казанова (Смеётся.)! Все вы на подружек своих возлюбленных поглядываете! Ладно, дело прошлое…
ПЕРЕХВАТОВ. Подружка… И где она, подружка твоя?
ЕКАТЕРИНА БОРИСОВНА. Да, странное дело…Как я Марком забеременела, она исчезла! По слухам, к себе на родину. В глушь какую — то…Двадцать с лишним лет, ни слуху, ни духу…
МАРК. Ну, дальше, дальше! Бежите вы с этой, подружкой своей…
ЕКАТЕРИНА БОРИСОВНА. Да, с Ладкой мимо катка. Улица пуста, вот — вот куранты! Смотрим в центре на льду, парень лежит на спине. Руки, ноги врозь! Господи, помилуй! Никак, без сознания, замерзнет! Подбегаем — Аниська! Лежит, плачет! Что? Что? А он сквозь слезы, философски так: уже полчаса лежу, никто не подошел, не спросил, не посочувствовал! Как жестоки люди, как жесток этот мир! Это папа твой тест на эмпатию проводил! Мол, за двадцать минут до Нового года подойдет кто — нибудь или мимо пробегут селедку под шубой есть! Помнишь? Романтик ты был, Анисий…
МАРК. Так успели к столу — то?
ЕКАТЕРИНА БОРИСОВНА. Успели! Папу твоего, будущего, под мышки и в общагу!
ПЕРЕХВАТОВ. Помню… (Выходит из — за стола, уходит в свою комнату.)
МАРК. Чего – то он мрачнеет часто?
ЕКАТЕРИНА БОРИСОВНА. За Генкина переживает, наверное…
МАРК. Да, за университет он переживает, прославить хочет, ну и себя тоже!
ЕКАТЕРИНА БОРИСОВНА. Марк, он столько в него вложил…
МАРК (смеется). В Генкина?
ЕКАТЕРИНА БОРИСОВНА. В университет… и, Марк, помягче, отец ведь …
Входит Перехватов. Садится за стол.
ПЕРЕХВАТОВ. Не переносить же защиту, все ждут… ждут сенсацию!
МАРК. Отец, не переживай, сенсация никуда не денется, даже если Генкин не объявится. Все равно университет мы наш прославим, может просто чуть позже. Как ты говоришь: Фацэрэ эт…это… как там…?
ПЕРЕХВАТОВ. … эст тэмпорэ! Что значит, не объявится? Это его звездный час! Мало кто в его возрасте прикасался к истине!
МАРК. Истины, как женщины: есть недоступные и есть продажные…
ПЕРЕХВАТОВ. В тебе, в двадцатидвухлетнем парне, цинизма, как в прожившим всю жизнь! Откуда сын?
МАРК. Битиё порождает сознание!
ЕКАТЕРИНА БОРИСОВНА. Бытие, бытие, Марк, определяет сознание!
МАРК. Нет, мамуль, правду я сказал! Жизнь нас бьёт и этим формирует сознание! Пусть не совсем по Энгельсу, но в духе времени!
ЕКАТЕРИНА БОРИСОВНА. Да, не совсем по Энгельсу! Фраза про бытие — Карла Маркса!
Уходит.
ПЕРЕХВАТОВ (подходит к буфету, берет коньяк, две рюмки, наливает обе). Это когда ж тебя жизнь побить — то успела! Поделись с кормильцем!
МАРК. Не меня, Генкина, я думаю…
ПЕРЕХВАТОВ (выпивает коньяк). И?
МАРК. Что «и»?
ПЕРЕХВАТОВ. Ну, дальше, дальше!
МАРК. Деньги ищет…может поэтому и уехал куда — то!
ПЕРЕХВАТОВ. Дай — ка догадаюсь… «Сенсация никуда не денется…просто чуть позже» — так ты сказал?
МАРК. Так.
ПЕРЕХВАТОВ. Почему позже и кто ее представит миру?
МАРК. Я тебе уже говорил — я меняю тему диссера!
ПЕРЕХВАТОВ. Не меняешь, а покупаешь, соображаю я…
МАРК. Да. И это равноценный обмен: ему деньги, мне тема!
Перехватов наливает себе еще рюмку.
ПЕРЕХВАТОВ. У тебя есть деньги?
МАРК. У тебя!
Марк поднимает рюмку, хочет «чокнуться» с отцом. Перехватов отстраняет свою, ставит ее полную на стол и выходит.
КАРТИНА 8
Улица. Скамейка. Сидят Алла и Гром. У Грома заклеена пластырем нижняя губа. Подходит Марк.
МАРК (смеется). Вижу, бой за место под солнцем проигран?!
АЛЛА. Пароль он не даст…
ГРОМ (шепелявит). Даже слова не успел сказать…
МАРК (Грому). Молчи уж, не мучайся, борец за свое светлое будущее! (Алле.) Ну, а ты на что два года потратила, если он тебя кидает? Во, шайка подобралась: один защититься не смог, а другая разжалобить не смогла! Не только на спине, но и на сердце надо было шрамы оставлять! Не помнит, значит, ласки твои! А время — то нынче другое… Мало просто рядом прилечь, надо суметь парню крышу снести! Вот тебе тогда и пироженка, вот тебе тогда и гамак под пальмами!
АЛЛА. Я его любила…
ГРОМ (шепелявит). Даже ни одного словечка не успел сказать…
МАРК. Любила, а за денежкой ко мне в постельку прыгнула?!
АЛЛА. Тебе не понять…Ты за папенькой! И ты не терял…
МАРК. Да, не терял! И не хочу терять! И да, за папенькой! Но на то они и папеньки, чтобы нас тащить! Тащить до поры до времени! А потом? Он вечен?! Что останется? Фамилия? Что с неё? А то, что у меня вот здесь (показывает флешку), это и моя пироженка, мой гамак под пальмами, счастливая жизнь и спокойная, обеспеченная старость! Кстати, и жизнь твоей мамы, (Грому) и твоя жизнь!
АЛЛА. Дай в долг… отработаю!
МАРК. То, чем ты можешь отработать — этих денег не стоит!
АЛЛА. Да пошел ты…(Уходит.)
МАРК (Грому). Сутки у вас! (Уходит.)
ГРОМ (семеня за ним, шепелявя). Даже не ожидал…он левша… слева бил!

КАРТИНА 9
Общежитие. В комнате Денис. Входит Алла.
АЛЛА. Даня не доступен… Где его найти?
ДЕНИС. Его нет здесь.
Алла проходит. Привычно заправляет кровать Даниила, садится.
АЛЛА. Буду его ждать, хоть сутки. Можешь ему об этом сообщить…
ДЕНИС. Что ему сообщить, что в кроватке его снова ждут?
АЛЛА. А ты хотел бы, чтоб в твоей?
ДЕНИС. Ты — не моё!
АЛЛА. Моё? А без хамства никак?
ДЕНИС. А без подлости никак?
АЛЛА. У тебя есть мать?
ДЕНИС. И отец тоже.
АЛЛА. У меня тоже есть отец, где — то… А матери… почти нет.
ДЕНИС. Понимаю, но это не повод … не повод предавать!
АЛЛА. Значит, не понимаешь…
ДЕНИС. Да, не понимаю! Два года я завидовал Даньке! Везет же, думал! Встретил… ту! Ни наука, ни профессия, ни достаток ничего не стоят, говорил он, если рядом нет её… той, кто в трудную минуту положит голову на плечо, а в минуту радости и счастья закружит вместе в вальсе! Той, кто прошепчет самые долгожданные слова! Той, чья колыбельная будет слышится из детской… Вот, ради этого и нужно все остальное, и работа, и наука… Это он о тебе! Ты слышишь?! О т-е-б-е! И — крах! Во что верить? Кому верить?
Тихо входит Даниил, останавливается у двери, слушает.
АЛЛА. Верить?! Это ты мне?! Ты держал когда-нибудь руку угасающего человека?! Ты чувствовал немощь этой руки?! Ты смотрел в эти невидящие глаза в которых нет ничего, кроме желания уйти… Верить?! Во что мне верить?! В то, что уйти еще молодой, в расцвете это…
ДЕНИС. А Даня?! У него тоже…
АЛЛА. Да, тоже… и я надеялась, что он меня…
ДЕНИС. Никогда он тебя не поймет и не простит! Он сутки здесь корчился на кровати, подушку грыз, когда узнал, что ты…
Пауза.
АЛЛА. Мне было восемь лет, когда мы с мамой ушли от отца … Нет, он не бил её, но был очень жесток… Боль от его слов была невыносима! Мама часто изможденная, усталая после работы, униженная им, приходила ко мне в комнату, ложилась со мной в обнимку и тихо плакала…. Уже тогда я поняла, что кроме меня у нее никого нет. Я обнимала её, и мы плакали вместе…Мама не выдержала и наскоро собравшись, мы ушли…Ушли осенью, в дождь…Мама не взяла даже зонтик… Когда я вырасту, сказала я маме, я куплю тебе самый большой и самый красивый зонтик! И тебе будет под ним тепло и весело… А сейчас ей зонтик не нужен… Ей нужно то, что нельзя купить… Жизнь.
Даниил проходит в комнату. Берт лист бумаги. Пишет.
ДАНИИЛ (отдает лист Денису). Занесешь в деканат. (Берет еще лист, пишет. Подходит к Алле. Долго смотрит ей в глаза. Отдает листок.). Это Марку…
Уходит.
КАРТИНА 10
Улица. Скамейка. Сидит Алла. Подходит Алёна, садится. Пауза.
АЛЛА. Думаешь, буду выяснять отношения или оправдываться?
АЛЁНА. Зачем тебе это?
Пауза.
АЛЛА. Я хотела… В общем, прости, что втянула тебя в эту историю… вслепую!
АЛЁНА. Прозреть было не сложно!
АЛЛА. У него все равно все еще впереди, а …
АЛЁНА. Ты же не хотела оправдываться!
АЛЛА. Да… но…
АЛЁНА. Чтобы спасти одну жизнь, стоит ли разрушать другую?
АЛЛА. Тебе не понять!
АЛЁНА. Тогда зачем этот разговор? Ты все получила!
АЛЛА. Не все…
АЛЁНА. Ошибка в расчетах?
АЛЛА. Эта та ошибка, от которой вдруг легко на душе и на сердце. Не знала, что потеря может принести облегчение. Пришлось бы мучится с ним всю жизнь!
АЛЁНА. А могла бы с Данькой жить и быть любимой…
АЛЛА. Жить… и быть любимой… Как просто… просто и красиво! Жить и быть любимой…
АЛЁНА. Не сбылись планы, но не теряй надежды…
АЛЛА. Марк тоже так говорил … Сядет напортив, возьмет мои руки и говорит, говорит, говорит… о планах, о будущем, …Тогда уже знал, что врет…
АЛЁНА. Не важно, кто напротив; важно кто рядом. Напротив, могут быть многие, а рядом только один!
Пауза.
АЛЛА. Он написал заявление… об отчислении по собственному желанию… в день защиты. В универе переполох, все его ищут! А он поехал в военкомат…сам. И вот пароль… (Раскладывает сложенный листок.) Какие – то слова, не по-нашему!
АЛЁНА (берет листок). Я знаю. Это девиз его жизни… Его придумала его мама, как путь к успеху… Она жила с этим … а потом и он! Мама написала его на стене у кроватки, и каждый вечер и каждое утро он засыпал и вставал с этими словами. Даня сам мне рассказывал…
Алла встает.
АЛЛА. Говоришь не важно, кто напротив — важно кто рядом? Он… никогда не будет напротив… он всегда будет рядом, даже когда будет там!
Уходит.
КАРТИНА 11
Квартира Перехватовых. Марк в кресле, копается в смартфоне. Екатерина Борисовна у буфета, наводит порядок.
ЕКАТЕРИНА БОРИСОВНА. Как он это выдержал? Все к сердцу, все к сердцу…Такие у него были надежды, что в университете родится новое направление в науке. Говорил, что кафедру откроет под эту тему! И вот…
МАРК. Еще не поздно… и думаю, будет и кафедра!
ЕКАТЕРИНА БОРИСОВНА. А Даниил… был так одержим! Талант не утаишь… Его наличие, как и отсутствие не скроешь… Родители, наверное, счастливы… Такой талант вырастить, можно и умереть спокойно!
Входит Перехватов. Явно болезненного вида, в домашнем халате, на голове повязка.
ПЕРЕХВАТОВ. Катюш, чай, с мятой и лимоном, пожалуйста… (Садится к столу.) Дело серьезнее, чем твои забавы в телефоне! Отключи… (Марк отключает телефон.) Тема анонсирована, все ждут. Генкин положил на стол декану заявление об отчислении … в день защиты! А я уже заикнулся о кафедре…Мой авторитет в научных кругах…сам понимаешь -тает с каждым часом! Ты не заигрался? Где Генкин?
МАРК. Я тоже хочу его видеть… От него зависит будет у нас кафедра с новым направлением или нет!
ПЕРЕХВАТОВ. Я денег тебе не дам! Мне нужен он! И новую кафедру возглавит он!
МАРК. Завкафедрой буду я…я буду завкафедрой! Или иначе ее не будет совсем!
Перехватов встает и, пошатываясь, выходит.
ЕКАТЕРИНА БОРИСОВНА. Начал наполнять первый сундук, нечестно заработанными монетами? Сынок, как ты будешь с этим жить?
МАРК. Хорошо, мамуль… Будем считать, что я сделал по молодости и по глупости ошибку! Но кто их не делал? Думаю и ты, думаю и отец! А время все расставит…
Звонок в дверь.
ЕКАТЕРИНА БОРИСОВНА. Я открою… (Уходит, возвращается с Аллой.) К тебе пришли… Уходит к себе.
АЛЛА. Я без звонка, ты не в доступе… Деньги вперед…
МАРК. Да ты что, девочка моя! Неужели! «Деньги, вперед», это плохая новость! А хорошая?
АЛЛА. А хорошая — ты подлец!
МАРК (смеется). Аллочка, любовь моя! Я готов от тебя стерпеть все, только скажи: Данёк пожалел твою маму?
АЛЛА. Подлец и подонок!
МАРК. Еще недавно ты этому подлецу обещала вечную любовь. Что ж, и от любви до ненависти тоже бывает лишь шажок!
АЛЛА. Подлец, подонок и мелкий воришка!
МАРК. Ну, не такой уж и мелкий…
АЛЛА. Ты…
МАРК. Хватит, поупражнялась! Еще слово и денежки под вопросом!
На шум выходят Перехватов и Екатерина Борисовна. Стоят в глубине комнаты, слушают.
АЛЛА. Если бы не мать…
МАРК. Все, все! К делу!
АЛЛА (вынимает из сумочки листок). Здесь…
Перехватов и Екатерина Борисовна выходят из глубины комнаты.
ПЕРЕХВАТОВ. Что здесь?
МАРК. Пап, здесь новое направление в твоем университете, здесь новая кафедра, здесь твой авторитет в ученом мире и моё будущее! И все это стоит всего лишь… (Алле.) Ну?
АЛЛА (пишет на листке). Этого хватит.
ПЕРЕХВАТОВ. Только переводом…
АЛЛА. Все равно…
Алла отдает Марку листок. Марк читает, потом начинает смеяться, громче и громче…
МАРК (сквозь смех). Что? Что это?
АЛЛА. То, что ты просил!
ПЕРЕХВАТОВ (берет у Марка листок, читает). «Facere et est tempore». Это что?
АЛЛА. Пароль… Даниил им запаролил информацию…открытие свое! Сказал, что его мама еще студенткой придумала этот девиз, как путь к успеху, и Даниил взял его…
ЕКАТЕРИНА БОРИСОВНА. Лада…
ПЕРЕХВАТОВ. Даниил…
Перехватов медленно, шатаясь, подходит к буфету, достаёт бутылку коньяка, но ставит ее обратно. Затем опирается на буфет и замирает. Екатерина Борисовна садится на стул и замирает тоже. Пауза.
МАРК. Что происходит? Что за немая сцена из «Горе от ума»?! Кто — нибудь объяснит?!
ЕКАТЕРИНА БОРИСОВНА. Я, я объясню, сынок…Знаменитая «немая сцена» — не в «Горе от ума», а в «Ревизоре», комедии великого русского писателя Гоголя, Николая Васильевича… Все остальное тебе объяснит отец… (Встает и медленно уходит.)
ПЕРЕХВАТОВ (медленно идет за ней). Катя… это было давно! Я не хотел! Катюша…это было как наваждение…Катенька…
МАРК. Мало мне грибоедовщины с тургеневщиной! Теперь вот — гоголевщина! Перебор!
КАРТИНА 12
Скамейка. Сидит Перехватов. Подходит Даниил, садится. Пауза.
ПЕРЕХВАТОВ. Когда она… в общем, когда стало понятно, что родишься ты, я испугался! Я любил ее, но… У меня диплом, серьезный диплом… Надо было заканчивать. Она меня тоже любила… Но они такие разные… Лада, мама твоя и ее подруга Катя, мать Марка. Ты и Марк родились с разницей в один день…Ты на день позже…Два дня я провел под окнами, где лежали вы… И только потом на третий пришел к роддому к Кате и Марку… Знаю, ненавидишь меня… Но любовь все равно бы ушла и что осталось? Общага, из которой не вылезешь, пока не поседеешь! Незаконченная диссертация? Где её закончить? Среди пеленок, грязи, в общей кухне и очереди в туалет на 20 человек? Как — то неожиданно вспомнилась известная тогда фраза: в жизни человеку должно повезти всего три раза: от кого родиться, у кого учиться и на ком жениться. Забыл, правда, кто её сказал…А у Кати было все, что нужно: заботливые родители, еды полный холодильник, свежие простыни и её любовь… Все, что нужно для работы… Всё, кроме моей любви! Я думал, ну и черт с ней, с любовью! Ведь я ученый! Моя любовь — наука! Успокаивал себя тем, что все равно бы Лада меня разлюбила! И что?! Двое несчастных в шалаше? Рай в шалаше только до первого снега… Я решил его не ждать.
ДАНИИЛ. Трое.
ПЕРЕХВАТОВ. Что трое?
ДАНИИЛ. Трое счастливых в шалаше! Успокаивал, что все равно разлюбит? Успокоили?
ПЕРЕХВАТОВ. Кого?
ДАНИИЛ. Себя!
ПЕРЕХВАТОВ. Даня, мальчик мой… Мир жесток и грязен! И как только в нем, в этой грязи, чуть — чуть забрезжит свет, светлая дорожка — все туда! Топча друг друга, забивая до полусмерти! Это инстинкт! Мы счастливы только там, впереди! Сзади — ничтожества, неудачники, отсев… Это инстинкт! Это самый сильный наркотик — успех! Кто его испытал, не соскочит с него никогда! И будет стремиться к нему вновь и вновь!
ДАНИИЛ. Ильф и Петров.
ПЕРЕХВАТОВ. Что Ильф и Петров?
ДАНИИЛ. От кого родиться, у кого учиться и на ком жениться – подсказали вам Ильф и Петров!
ПЕРЕХВАТОВ. А…
ДАНИИЛ. Не знаю сколько душ вы затоптали на своей «светлой дорожке», но одну — точно! (Пауза.) Нет, она вас не разлюбила. Ждала… Укладывая меня спать, все время шептала, что скоро приедет папа, вы пойдете на речку и он научит тебя плавать…Мне очень был нужен ты, мой отец. Но плавать я научился сам!
Даниил встает и уходит.
ПЕРЕХВАТОВ (кричит ему вслед). Я хочу ее видеть! Я ей всё объясню! Она меня поймет! Дай её телефон!
ДАНИИЛ. Там нет связи.
ПЕРЕХВАТОВ. Адрес!
ДАНИИЛ. Пишите!
Перехватов лихорадочно вынимает ручку и готовится писать на ладони.
ДАНИИЛ. Центральный проезд, двенадцатый квартал, третий ряд, третья ограда с края…Но сначала, трое суток поездом!
КАРТИНА 13
Общежитие. В комнате Даниил и Алла. Даниил, в форме контрактника, собирает рюкзак.
АЛЛА. Ты же гений… Ты же знаешь: у меня не было выбора…
ДАНИИЛ. Я не гений… Но знаю: у тебя не было выбора…
Пауза.
АЛЛА. Её готовят к операции… Прогноз хороший…
ДАНИИЛ. Я рад, что прогноз хороший…
АЛЛА. Спасибо тебе…
ДАНИИЛ. Ты знаешь, кого благодарить…
Пауза.
АЛЛА. Почему… туда?
Пауза.
ДАНИИЛ. Там чище… и легче дышать!
АЛЛА. А как же…
ДАНИИЛ. Наука? Наука бесконечна, еще успею!
Пауза.
АЛЛА. Ты из — за меня?
Пауза.
ДАНИИЛ. Здесь все… не так… А там парни… уходят… и надо закончить… быстрей.
Пауза.
АЛЛА (плача). Дань… Дань… Даня! Я не могла по — другому… У меня никого, кроме неё… Ты слышишь! Это же мать, ты пойми… мама!
ДАНИИЛ. Мама… мама… да… мама… Марк доведет работу до конца… Время есть…
АЛЛА. Данечка, прошу, возвращайся…
ДАНИИЛ. Конечно, Алл. Я же гений, что со мною случиться…
КАРТИНА 14
Скамейка. Даниил в форме контрактника и Алёна. Алёна уткнулась в плечо Даниила, скрывая слезы.
ДАНИИЛ. Ты обещала позвонить и прочесть свое любимое. Ты позвонишь мне?
АЛЁНА. Да.
ДАНИИЛ. Позвонишь и прочтешь?
АЛЁНА. Да.
Алёна набирает номер и читает, хотя сидит рядом. Даниил слушает через телефон.
(Песня о тебе)
Разбросаны огни по небу ночи,
Сияя нежным, сказочным теплом.
Я жду тебя. Скучаю. Очень — очень!
Томительно. С надеждою. Тайком.
От мыслей всех, наполненных тобою,
Мне не отвлечься, места не найти.
С бессонницей — подругой и Луною
О нежности мечтаю взаперти.
Тебя на расстоянии увижу,
Улыбку глаз желанных и родных,
И пусть ты далеко, но ты стал ближе,
Вселенною огней миров иных.
Разбросаны огни по небу ночи,
Сияя нежным, сказочным теплом.
Я жду тебя. Скучаю. Очень — очень!
Томительно. С надеждою. Тайком.
ДАНИИЛ. Как тепло…томительно… и …сладкая боль, как в юности… от первой потери!
АЛЁНА. Ты терял?
ДАНИИЛ. Нашел… (целует её). А если так? Начинай…
АЛЁНА. Разбросаны огни по небу ночи,
Сияя нежным, сказочным теплом.
Я жду тебя. Скучаю. Очень — очень!
Томительно. С надеждою. Тайком.
ДАНИИЛ. Луной прекрасна ночь и тишиной.
Томится ожиданием свиданья
Отравленный любовью ум и на покой
Уходят смысл, рассудок и дыханье!
АЛЁНА. От мыслей всех, наполненных тобою,
Мне не отвлечься, места не найти.
С бессонницей — подругой и Луною
О нежности мечтаю взаперти.
ДАНИИЛ. Уймите дрожь моей души шаги!
Они все ближе, шелест их так сладок!
Она!.. Вот — вот ее коснусь руки!
Рассвет нам враг, природы враг порядок!
АЛЁНА. Тебя на расстоянии увижу,
Улыбку глаз желанных и родных,
И пусть ты далеко, но ты стал ближе,
Вселенною огней миров иных.
ДАНИИЛ. Сплетутся вновь слова, сердца и руки…
Нас спеленает теплых рос туман!
Осветит ложе первый луч… Разлука
Отравит день — любви надежд обман!
АЛЁНА. Разбросаны огни по небу ночи,
Сияя нежным, сказочным теплом.
Я жду тебя. Скучаю. Очень-очень!
Томительно. С надеждою. Тайком.
ВМЕСТЕ. Несем мы жизни крест, любви не зная!
Придет любовь – откроет двери рая!
Пауза
АЛЁНА. Я буду тебя ждать.
ДАНИИЛ. Томительно, с надеждою, тайком?
АЛЁНА. Томительно, с надеждою… не тайком!
ДАНИИЛ. В шалаше? Но ведь может пойти снег?
АЛЁНА. Хоть град…
ДАНИИЛ. Но ведь может пойти снег?!
АЛЁНА. Хоть град…
ДАНИИЛ. Но ведь может пойти снег?!!
АЛЁНА. Хоть град…

КОНЕЦ

P.S.
Автор стихотворения «Песня о тебе» — Екатерина Медведева, г. Н. Новгород.
Автор сонета «Луной прекрасна ночь и тишиной…» — Валерий Драгов, г. Н. Новгород.

г. Нижний Новгород, 2024 г.