РАМКИ

Валентин Лемех
valentinlemeh@gmail.com
+7(926)794-62-02
05.07.2025

Действующие лица
Димитрий (инженер).
Гена (автослесарь).

На сцене лежат одетые, прижавшись друг к другу ДМИТРИЙ и ГЕНА. Они находятся внутри куба, примерно 2x2x2, обозначенного металлическими трубками. Немного в стороне стоит стул.
Первым очнулся Гена. Огляделся. Вынул из кармана пачку сигарет – пустая, смял, выбросил. Вынул зажигалку, зажёг огонь, смотрит на него. Обжигается тушит зажигалку. Оглядывается на Дмитрия.

ГЕНА: Эй. Слышь… Мужик, проснись!
ДМИТРАИЙ: А? А, вы.
ГЕНА: Как там тебя… Есть курить?
ДМИТРИЙ: (оглядывается) Что это? Мы где?

Оба смотрят на куб, в котором находятся.

ГЕНА: Сигареты говорю есть?
ДМИТПРИЙ: Ни, как там тебя, а Дмитрий Иванович.
ГЕНА: Хорош бычить, Диман. Сигарету лучше дай.
ДМИТРИЙ: Дай-те.
ГЕНА: Чего душный такой? Дмитрий Иванович… Может тебе ещё поклон отвесить?
ДМИРИЙ: На «ты» я обращаюсь, только к близким. Зачем нас тут держат?
ГЕНА: (оглянулся) Кто? Ты о чём?
ДМИТРИЙ: Об этом.

Опять смотрят на куб из трубок.

ГЕНА: С чего ты решил, что нас держат?
ДМИТРИЙ: Это же очевидно. (огляделся) Умно, умно… Клетка, за границы которой нельзя выходить.
ГЕНА: (смеётся) Вот смотри. (Гена выставляет руку за границу периметра, хлопает рукой по полу, потом стучит ногой, там же.) Видишь, ничего не происходит.
ДМИТРИЙ: Что вы стучите, вы попробуйте выйти.
ГЕНА: И выйду.
ДМИТРИЙ: Ну выйдите.
ГЕНА: Выйду.
ДМИТРИЙ: Что же вы сидите, встаньте и выйдите.
ГЕНА: Да чего ты раскомандовался, захочу и выйду.
ДМИТРИЙ: Ограниченный мозг видно из далека… Не понимаю…
ГЕНА: Чего сказал?
ДМИТРИЙ: Вообще никаких соображений по этому поводу?

Гена оглянулся.

ГЕНА: Никаких.
ДМИТРИЙ: Вы, что совсем ничего не видите? Нам же обозначили границы.
ГЕНА: Ты дебил? Это же торговая палатка, только без тента.
ДМИТРИЙ: Тонко. И практично.
ГЕНА: Что-то я не пойму тебя совсем. Дмитрий… Иваныч.
ДМИТРИЙ: У меня ощущение, что нас допрашивали. Всё тело ноет.
ГЕНА: Ты на земле спишь, вот и ноет. (Гена встаёт)
ДМИТРИЙ: Вы куда?
ГЕНА: Туда.
ДМИТРИЙ: Ну если не боитесь, ради бога.
ГЕНА: Да блин чего мне боятся!? (Хватается за голову).
ДМИТРИЙ: Вот. Это последствия допроса.
ГЕНА: Это последствия смешивания водки с шампанским.
ДМИТРИЙ: Похоже на то, что мы с вами находимся в вытрезвителе.
ГЕНА: Вот как раз на это, совсем не похоже.
ДМИТРИЙ: Я слышал о создании новой формы вытрезвителей, но не думал, что они уже работают. Какой забавный приём. Уверен на нас сейчас смотрят. Наблюдают, как мы себя поведём. Я видел об этом ролик на Ютьюбе.
ГЕНА: «На Ютьюбе», надо же так язык вывернуть.
ДМИТРИЙ: В каком смысле?
ГЕНА: На Ютубе.
ДМИТРИЙ: А, я что сказал? Вы не видите нигде огоньков от камер?
ГЕНА: А, у нас не должны были забрать ремни, шнурки?
ДИМТРИЙ: Мы же не в КПЗ.

Оба опять оглядываются и смотрят в одно место.
Гена садится на пол.

ГЕНА: И что теперь делать?
ДМИТРИЙ: Не знаю. Видите, стул? Должно быть кто-то подойдёт, что-то обсудит с нами. Может зачитают статьи закона, которые мы нарушили. В советское время так делали.
ГЕНА: Ты уже тогда попадал?
ДМИТРИЙ: Во-первых, мне не столько лет. Во-вторых, со мной такое в первый раз в жизни, и я очень надеюсь, последний.
ГЕНА: Так в советских решётки были, а тут смотри, нет ничего.
ДМИТРИЙ: Если бы были решётки, то это уже ограничение конституционных прав, а так… Посидишь, подумаешь, сам с собой… Может психолог придёт. Кстати, да… Получается стул именно для него.
ГЕНА: Для кого?
ДМИТРИЙ: Для психолога. Давно я его не посещал. А поделится есть чем.
ГЕНА: Так ты здесь всё-таки бываешь? (Дмитрий вздыхает) А, чего говоришь с психологом знаком?
ДМИТРИЙ: Со здешним незнаком. (пристально разглядывает Гену) Мы с супругой, одно время посещали семейного психолога. Очень хорошая женщина. Она, как мне тогда показалось, всё расставила по полочкам. Всю нашу жизнь разложила как есть. Я и спать стал крепче и с женой всё встало на места. Помогать ей начал. Даже с собакой её стал гулять. Успокоился в целом. Стал менее агрессивным что ли.
ГЕНА: Оу, Дмитрий Иванович, да ты у нас опасный оказывается? Может это и правильно, что тебя сюда забрали?
ДМИТРИЙ: Компанию только выбрали для меня не самую лучшую.
ГЕНА: Это чем тебя моя компания-то не устраивает?
ДМИТРИЙ: А чего в вас хорошего?
ГЕНА: Дохрена чего… Тебя забыл спросить. Сам-то кто есть по жизни?
ДМИТРИЙ: Не понимаю… Классический маргинал…
ГЕНА: Чё сказал…?

Гена хватает Дмитрия за отворот пиджака.

ДМИТРИЙ: Вот именно это я и имел ввиду. Сейчас начнёте кулаками махать?
ГЕНА: А и начну! Давно в рыло не получал?! Лошара, бля. (отталкивает Дмитрия). Терпила сраный. Это мне с тобой западло сидеть. Кто ты есть по жизни, ещё раз спрашиваю?
ДМИТРИЙ: Я… Да если бы… Я с вами, даже на дуэли стреляться не стал бы, не то что… Не понимаю. Не понимаю! (хватается за голову)
ГЕНА: Я тебе чего, на яйцо наступил что-ли?! Ты чё такой неровный Дмитрий Иваныч?
ДМИТРИЙ: У вас хотя-бы среднее образование полное?
ГЕНА: Чего?
ДМИТРИЙ: Школу, вы закончили?

Гена бъёт Дмитрия в живот.

ГЕНА: Говнюк. (Кричит в сторону предполагаемой камеры). Это я с ним сидеть не хочу!

Гена ходит по квадрату. Подходит к Димитрию, опускается на корточки.

ГЕНА: Ну я понято… Ты-то такой правильный как тут оказался?
ДМИТРИЙ: Может я вас бил?
ГЕНА: Ты, меня? (Берёт Дмитрия за грудки, притягивает к себе, пауза, смеётся). Бил он меня. Ну клоун.

Отпускает Дмитрия, отходит.

ГЕНА: А, что с женой-то случилось?
ДМИТРИЙ: (Дмитрий приподнимается на локтях, смотрит на Гену) Вы о чём?
ГЕНА: Ты сказал, к психологу ходили, всё наладилось… Значит было херово?
ДМИТРИЙ: Хотите сказать, что у вас всё хорошо?
ГЕНА: Как у всех. По-разному бывает. Но чужому человеку, из-за всякой херни, рассказывать ничего не стану. Нечего из семьи мусор выносить?
ДМИТРИЙ: К любовнице ходите?
ГЕНА: Чего сказал…?
ДМИТРИЙ: Хорошо, хорошо… ? Ну, а если ссора, к кому идёте?
ГЕНА: Ты чего стрелки-то переводишь? Я вообще-то тебе вопрос задал. Зачем к психологу?
ДМИТРИЙ: Общие точки соприкосновения искали.
ГЕНА: Чего точки?
ДМИТРИЙ: Цели, мотивация для сохранения отношений, общий интерес, уважение личного пространства…
ГЕНА: По человечески можешь сказать?
ДМИТРИЙ: Проблемы в отношениях выявляли. Но похоже в пустую.
ГЕНА: Чего так? Не нашли?
ДМИТРИЙ: Выходит что нет.

Оба молчат.

ГЕНА: И чего теперь, сидеть ждать психолога?
ДМИТРИЙ: У вас есть другие предложения?
ГЕНА: (Оглядывается) Домой пойти.
ДМИТРИЙ: Будет интересно на это посмотреть. Скорее всего вам и пары шагов не дадут ступить. Скрутят, а потом шокером или дубинкой. Дерзайте.
ГЕНА: Чего-то ты темнишь, Дмитрий Иванович. Бывалый?
ДМИТРИЙ: В Белоруссии был, во время протестов. У меня там родители жены. (косится на Гену. Не видит реакции) Случайно оказался в ненужном месте. Больше повторять не хочется.
ГЕНА: Оппозиционер?
ДМИРТИЙ: Говорю же случайно. А вы в баре кого-то ждали?
ГЕНА: Не ждал. Так, поссорился кое с кем. Было в падлу пить одному, плюс ты забашлял за выпивку.
ДМИТРИЙ: А девушки…? Их было двое. С вами были?
ГЕНА: Чего? Они у стойки сидели. Повелись на твои речи о равноправии женщин, и что Коренской… Кровский… Не помню. Короче, что чувак этот, допустил ошибку, потому что дал женщинам право выбора, на законодательном уровне.
ДМИТРИЙ: Керенский.
ГЕНА: Во, точно. Им это очень понравилось. Плюс ты наливал.
ДМИТРИЙ: Я сказал «допустил ошибку»?
ГЕНА: Ну.
ДИМИТРИЙ: И куда они делись?

Гена разводит руками.

ГЕНА: Если бы ты не стал заказывать шампанское, может я сейчас бы проснулся с ними в тёплой постели, а так пузырьки сделали своё дело. Бля, знал же, что нельзя водку запивать газировкой. Даже сказал тебе про это!
ДМИТРИЙ: Ну а та, кого вы ждали, просто не пришла или ушла раньше чем я…? То есть… Вы…
ГЕНА: А я сказал что это была женщина?

Оба смотрят друг на друга.

ДМИТРИЙ: (неуверенно) Д-а.
ГЕНА: Тебе какое дело?

Гена смотрит на Дмитрия, Дмитрий отводит взгляд.

ДМИТРИЙ: Мерзко… Мерзко…. Я же совершенно видел этот вечер по-другому.
ГЕНА: Да, правда — погано. Ощущение, что накосячил.
ДМИТРИЙ: Ещё как.
ГЕНА: Чего?
ДМИРИЙ: Интоксикация говорю. Из-за резкого понижения алкоголя в крови.
ГЕНА: Типа надо похмелится?
ДМИТРИЙ: Можно и так.
ГЕНА: А ты чего, доктор?
ДМИТРИЙ: Инженер.
ГЕНА: Чего умничаешь тогда?

Сели, молчат.

ГЕНА: Сколько теперь его ждать?
ДМИТРИЙ: Кого?
ГЕНА: Психолога.
ДМИТРИЙ: (задумался) Им там виднее. Да, собственно, вы к нему ещё не готовы.
ГЕНА: Это почему это я не готов?
ДМИТРИЙ: Да… Даже интересно. Ну смотрите. Вот он зашёл, сел вон на тот стул, и… Что вы ему скажете?
ГЕНА: Так пусть он чего-нибудь спросит.
ДМИТРИЙ: Хорошо… Скажите мне, Геннадий…? Как вас по батюшке?
ГЕНА: Не важно.
ДМИТРИЙ: Скажите мне, Геннадий испытывайте ли вы чувства вины…? Вообще и за ваше положение?
ГЕНА: Что это за «вообще»?
ДМИТРИЙ: А вы что такой безгрешный?
ГЕНА: А это тебя интересовать не должно.
ДМИТРИЙ: Уверены?
ГЕНА: Уверен.
ДМИТРИЙ: Безапелляционно?
ГЕНА: Чего?
ДМИТРИЙ: Хорошо. За вчерашнее испытывайте вину?
ГЕНА: Испытываю.
ДМИТРИЙ: А вы не мне, ему (показывает на стул). Да, да.
ГЕНА: Испытываю.
ДМИТРИЙ: Что вы чувствуйте?
ГЕНА: Испытываю сильную…
ДМИТРИЙ: Ему, ему. (показывает на стул).
ГЕНА: Испытываю сильную вину за содеянное.
ДМИТРИЙ: Содеянное вчера или вообще?
ГЕНА: Вчера!
ДМИТРИЙ: Вот после этого он встанет и уйдёт, а вы будете сидеть дальше.
ГЕНА: Эт с чего это?
ДМИТРИЙ: Да с того! Извините, но даже мне понятно, что вам на плевать, на то что было вчера и в… Любой другой день.
ГЕНА: А, почему мне должно быть не наплевать? Это же было вчера или как ты говоришь, в любой другой день. Я если буду вспоминать все дни, когда был пьяным и что в этом состоянии творил, у меня голова разломится.
ДМИТРИЙ: Вот для этого и нужен психолог, а не другая женщина! Что бы вы не держали всё это в себе, а дали выход всему, накопившемуся. Ведь все наши комплексы, зажимы, все наши фобии, все наши нарушения норм порядочности именно от того, что нам не с кем этим поделится.
ГЕНА: У тебя, что друзей нет?
ДМИТРИЙ: А, кого вы называете друзьями?
ГЕНА: Ну приехали. Как бы сказать это твоим интеллигентским языком… Ну, кому ты в первую очередь отправляешь смску «С новым годом»?
ДМИТРИЙ: Шефу.
ГЕНА: Вот. Значит ты с ним дружишь много лет, так?
ДМИТРИЙ: Пять.
ГЕНА: А раньше не дружил?
ДМИТРИЙ: Раньше я его не знал.
ГЕНА: Хорошо, кому до этого отправлял?
ДМИТРИЙ: Маме.
ГЕНА: Это понятно, кроме неё?
ДМИТРИЙ: Был друг.
ГЕНА: Вот об этом друге я и говорю. Подожди, почему был? Умер?
ДМИТРИЙ: Живой. Не дружим больше. Не важно это.
ГЕНА: Как это не важно? Долго дружили?
ДМИТРИЙ: С института.
ГЕНА: Ну так и делись с ним. На хер тебе неизвестная тётка в виде психолога?
ДМИТРИЙ: То есть, вы хотите сказать, что рассказывайте друзьям всё, что у вас на душе?
ГЕНА: Ну… Да.
ДМИТРИЙ: Очень сомневаюсь.
ГЕНА: Вот и зря.
ДМИТРИЙ: Стало быть, вы запросто можете рассказать друзьям, что только что разговаривали со стулом?
ГЕНА: Ничего я не разговаривал. Вообще-то это твоя идея.
ДМИТРИЙ: Пусть так. А как вы расскажите своему лучшему другу, что сегодняшнюю ночь провели в обнимку с мужиком?
ГЕНА: Я тебе сейчас нос сломаю за такие слова. Ты рамки-то чувствуй, интеллигент. Охренел совсем? Ни с каким мужиком я ночь не проводил. Ля, чего же ни идёт-то никто! Как башка трещит. А чего с другом-то случилось?
ДМИТРИЙ: Поссорились.
ГЕНА: И всё?
ДМИТРИЙ: Всё.
ГЕНА: То же наверно шутки гейский с ним шутил? Или какие у вас интеллигентов приколы?
ДМИТРИЙ: Разные.
ГЕНА: (смотрит на Дмитрия) Ну и чего там с другом?
ДМИТРИЙ: Жив – здоров.
ГЕНА: Чего ты морозишься-то, Дмитрий Иваныч? Начал – договаривай.
ДМИТРИЙ: Его жена ушла ко мне.
ГЕНА: Ах-тыш-Ля… Какая удобная формулировочка. То есть, не ты увёл, а она ушла? А поступок-то, прям-таки, гомосяцкий. Хорош. «Не возжелай жены ближнего своего», слышал такое?
ДМИТРИЙ: Хотите сказать вы библию читали? Или это так, нахватались цитат?
ГЕНА: Ты тему-то не переводи. Кинул кореша?
ДМИТРИЙ: Нет ничего зазорного, в том, что человек борется за своё счастье. Они в браке не были счастливы.
ГЕНА: Ты решил?
ДМИТРИЙ: Не имеет значения. Нельзя так, топором рубить. Отношения, это нюансы. Это… Надо быть тоньше… Толерантней, что ли. У него, кстати, сейчас счастливый брак и дочь растёт.
ГЕНА: Для меня вся эта ваша толерантность знаешь где?
ДМИТРИЙ: Вопрос, я так понимаю, риторический?
ГЕНА: Херический. Нормальной бабе нужен, нормальны мужик и нормальный секс.
ДМИТРИЙ: И для вас не имеет значения ваша она или чужая? Я правильно понимаю?

Гена подходит к Дмитрию, хватает его за грудки.
ГЕНА: Ты сейчас вообще не туда нос свой суёшь.
ДМИТРИЙ: Да что вы всё хватаетесь. (Пытается ударить Гену.)
ГЕНА: Говнюк.
ДМИТРИЙ: И что изменилось? Вы думайте, что если побьёте меня, то я начну думать иначе?
ГЕНА: Не начнёшь, но говорить об этом уже побоишься. (Спокойно). Ну ты сам посуди; может в волчьей стае, волчица уйти к другому волку? Это же… Ну смешно. Против природы как- то.
ДМИТРИЙ: Мы не животные. Что вы себя с волками сравнивайте?
ГЕНА: Ошибаешься. Ещё какие животные. И в стаи сбиваемся, и вожака выбираем, и как в любой стае, у нас кто сильнее тот и прав.
ДМИТРИЙ: А то что вы напиваетесь раз в неделю, это не против природы?
ГЕНА: Есть нюансы.
ДМИТРИЙ: Что? Вы сейчас серьёзно?
ГЕНА: Ну смотри. Ты, скорее всего, с незнакомой женщиной можешь… Ну, вот так просто… Привет, там… Как дела…? Ну, ведь да?
ДМИТРИЙ: Вы имеете ввиду знакомство и общение?
ГЕНА: Да.
ДМИТРИЙ: Разумеется.
ГЕНА: А я нет! Я и с женой познакомился только по пьяни! А так бы, хер когда.
ДМИТРИЙ: Получается вы прячете свою неуверенность за опьянение. Выпил и сразу герой. Разумеется. Там же, в бутылке находите решения своих проблем. Ведь так?
ГЕНА: А что я должен в ней находить, истину?
ДМИТРИЙ: Ну, как? Почему? Разуйте глаза. Это же один из способов манипуляции толпой. Алкоголь — самый короткий путь. Сиди дома, бубни себе под нос, на своей кухне. Вы пробовали жить без алкоголя? Книгу почитать, в театр сходить, пробовали? Это же совсем другой мир.
ГЕНА: Ты сейчас говоришь как она.
ДМИТРИЙ: Кто она?
ГЕНА: Ну, вчера. Ты пришёл я сидел. Поругался я короче, с… С «Женщиной» одной.
ДМИТРИЙ: А чего с таким пренебрежением, плохая что ли?
ГЕНА: Плохая… Вот она мне такими же словами говорит. И складно так. И вроде я согласен со всем. Только все-равно всё это…
ДМИТРИЙ: Чего же поругались?
ГЕНА: Непонятная она. Да и не про меня вовсе. Ей вот, с такими как ты надо… Образованными. Что она во мне-то нашла?
ДМИТРИЙ: То же по пьяни познакомились?
ГЕНА: Ясен пень. Там история как в кино была. Она с мужем поругалась, и пришла в тот бар нахлестаться, а к ней наш один стал клеится, ну я и впрягся. Так и началось. Разговоры, обжималки, ну и… Не важно. Короче, я вижу, что из других она, но ей хочется как у нас.
ДМИТРИЙ: Пока не понятно.
ГЕНА: Не объясню я тебе. Мы… Ну, я и пацаны мои, мы… Жёсткие короче. У-сю-сю, дрю-сю-сю, цветочки там, слова ласковые, это ваще не наша тема. Не такие мы. А ей как будто именно это и нравится. Вот… Что бы за жопу её схватил там, за руку взял и к себе её, типа, «сюда подошла, малая». Ну мы так всегда. И тёлки наши, жена моя, там, и другие бабы тоже… Они жалуются всегда, ну, типа, грубые мы… Как бы можно так, но не всегда. А как я могу не всегда? Я либо пацан, либо чмо последнее, правильно?
ДМИРИЙ: Что прямо хватать за…
ГЕНА: Ну. Только я не могу на половину. Так?
ДМИТРИЙ: Не так.
ГЕНА: Это как?
ДМИТРИЙ: Да так. Как может грубость нравится? Это ведь ваша женщина. С вашими этими… Вы по-своему можете, а с женщиной нежно. Вы неандерталец что ли, хватать её?
ГЕНА: Я мужик.
ДМИТРИЙ: И что? Я то же мужик…
ГЕНА: Какой ты, нахер мужик? В два раза больше меня, а сидишь сиськи мнёшь как девочка. Да и вчера выщелкнулся с полбутылки.
ДМИРИЙ: Я вам сказал, что не пью. Поэтому меня ваша…
ГЕНА: Чего стесняешься? Так и скажи, напиток пролетариата. Для быдла, да?
ДМИТРИЙ: Так и скажу.
ГЕНА: Ну так и скажи, только громче.
ДМИРИЙ: Бред.

Дмитрий огляделся.

ГЕНА: Ссышь? Чего замолчал? Давай. Ты же книжки читаешь. В театр ходишь. (Кричит в верх) Эй, вы! Слышите меня?!
ДМИТРИЙ: Успокойтесь.
ГЕНА: Это чего вдруг? Пусть слушают мнение народа. (Вверх) Да, пью сивуху! Потому что загнан в угол! Потому что я из простых! Я народ! На что денег хватает, то и пью! И ещё…! Я не хочу сидеть тут с этим — вот!
ДМИТРИЙ: Я не это — вот.
ГЕНА: А кто ты? Человеком себя считаешь? Меня уму-разуму учишь, а как сказать чего вслух, зассал.
ДМИТРИЙ: А вы то что говорите? «Я народ», «Я из простых…». По вашему, мнение народа пить и громко орать? Или это лозунги вашего окружения? Вашей стаи. Собственное мнение у вас есть?
ГЕНА: А это и есть оно самое! Уж простите, нет в моём окружении начитанных и по театрам хоженых. И слава богу.

Дмитрий достаёт пачку сигарет.

ДМИТРИЙ: Интересно, здесь можно курить?
ГЕНА: О, как. Слушай, вот ты же умный… Ну образованный, институт там, к психологу ходишь, жене помогаешь, почему ты куришь, это ж вредно?
ДМИТРИЙ: На самом деле я бросал. Даже дважды.
ГЕНА: Сейчас-то куришь. Считай и не бросал вовсе.

Дмитрий сминает пустую пачку, убирает в карман. Чиркает зажигалкой, она не загорается.

ДМИТРИЙ: У вас есть зажигалка?
ГЕНА: Сигарету дашь?
ДМИТРИЙ: Здорово получается, вы мне под дых, а я вам за это сигарету.
ГЕНА: Ну короче не дашь?
ДМИТРИЙ: Вы бы дали?
ГЕНА: Спорим дашь?
ДМИТРИЙ: Я даже спорить не стану.
ГЕНА: Ну и правильно, потому что я сам возьму.

Гена пытается силой отнять у Дмитрий сигарету. Они борются, в результате чего сигарету вылетает за рамки периметра.

ГЕНА: Во ты козёл.
ДМИТРИЙ: Сами вы…
ГЕНА: Ни себе ни людям? Отдал бы мне, считай бросил ещё раз.
ДМИТРИЙ: Сейчас как раз тот момент отчаяния, когда хочется начать.

Оба смотрят на недосягаемую сигарету.

ГЕНА: Тебе для этого нужен особый момент? Может наконец признаешь, что ты курильщик, чтобы не пудрить мозги другим, о том, какая у тебя сила воли?
ДМИТРИЙ: Вы теряли близких?
ГЕНА: Матушку похоронил.
ДМИТРИЙ: Болезнь?
ГЕНА: Врачи скоты… Коновалы сраные, чего-то там накосарезели… Не разбираюсь я…
ДМИТРИЙ: Понимаю вас. Утрата члена семьи — это большая трагедия. Я уже говорил, у нас с женой была собака…
ГЕНА: Чего?
ДМИТРИЙ: Это была не просто собака… Вообще я против подобного. Держать собаку в ограниченном пространстве, это издевательство над животным, ему нужна свобода. Но мне она досталась вместе с женой. Это был её пёс. Не знаю точно породу, она говорила, что это овчарка, но по мне, дворняга, просто… Аккуратная какая-то что ли. Так вот, в какой-то момент, он начал сильно болеть. Ему всё время надо было делать уколы, давать лекарства. Мы тратили уйму денег на лечение. Но это было не самое страшное. Два раза в день с ним надо было гулять, и делал это, с определённого времени, я. Мы живём на девятом этаже и почти всегда, пёс, из-за того, что болел, не мог дотерпеть до улицы, и гадил прямо в лифте. Я стал водить его по лестнице, но ничего не изменилось. Где-нибудь на середине, на третьем или четвёртом этаже, он начинал мочится. Я на него кричал, хлестал поводком, даже пинал иногда, не помогало, он продолжал свои дела и…
ГЕНА: Погоди, погоди… Если ты сейчас начнёшь ссать, а я тебе дам пендаля, то ты резко прекратишь?
ДМИТРИЙ: Во-первых, я не начну это делать…
ГЕНА: Это почему же? Кто знает сколько мы ещё тут просидим, я вот, например, уже хочу.
ДМИТРИЙ: Я не могу это делать на людях, даже если очень хочется.
ГЕНА: А, воспитание. Интеллигент, всё такое, да?
ДМИТРИЙ: Я размышлял над природой этого явления, и мне кажется, что это из детства, из-за школьных туалетов. Вы в школе не были изгоем?
ГЕНА: Я? Я в школе гонял задротов, умников типа тебя. Конечно, нас ругали за это, даже наказывали.
ДМИТРИЙ: Вы получали от этого удовольствие?
ГЕНА: От наказания?
ДМИТРИЙ: От вашего буллингового поведения?
ГЕНА: Как ты сказал?
ДМИТРИЙ: Агрессивного поведения в адрес более слабого.
ГЕНА: Вот, бля, это меня всегда бесило в вас интеллигентах. Вы ведь даже разговаривать нормально не умеете. Простыми словами. Таким как ты, надо всегда дать всему свой термин и такой заковыристый, чтобы, бля, остальные ничего не поняли, чтобы выглядели дураками. Вы ведь и книжек начитались, только потому, что боялись выйти на улицу. Меня тоже щемили в начальных классах, но я не закрылся дома. Я втихаря бегал на турник, а потом, когда всё-таки пришлось встретится с нормальными пацанами лицом к лицу, я так всёк одному…
ДМИТРИЙ: И вас тут же приняли за своего?
ГЕНА: Естественно.
ДМИТРИЙ: Дайте-ка угадаю. Вам этого стало мало, потому что вы почувствовали силу, и тогда вы решили занять место лидера, после чего стали устанавливать свои правила, так?
ГЕНА: Не так. Он меня отхерачил. Я три дня пролежал в постели, а когда снова пришёл в школу, то уже был своим. Я смог за себя постоять. Кто не даёт остальным сделать так же?
ДМИТРИЙ: Просто не все такие как вы. Далеко не каждый способен, на то, чтобы дать отпор. У меня были друзья, которые отбивались и не раз, но их всё равно ломали, были и те, кто убегал, и даже те, которые на генетическом уровне не понимали необходимость физических нагрузок.
ГЕНА: Это те, которые вечно от физкультуры освобождённые?
ДМИТРИЙ: Это те, кто правильную литературу, начали читать раньше, чем, встретили таких как вы.
ГЕНА: Ну то есть ты, да?
ДМИТРИЙ: Мои ровесники меня не трогали. Я был довольно спортивным. Мой отец отдал меня в секцию по лёгкой атлетике, и все это знали. А вот старшеклассники, которые курили в туалете, им было за счастье схватить кого-нибудь по младше и потрясти его за плечи, когда он…
ГЕНА: А-а! Да, да, знаю. У нас так же трясли.
ДМИТРИЙ: С тех пор я не делаю это на людях. Организм сопротивляется.
ГЕНА: Ты же ботан, чего же не жаловался на них?
ДМИТРИЙ: Вы жаловались?
ГЕНА: Что я стукач?
ДМИТРИЙ: Вот по этой самой причине.
ГЕНА: Так тебе же наплевать на понятия.
ДМИТРИЙ: Я ваши понятия всегда считал примитивными и никогда их не понимал, а те, кто всё время старались унизить слабых, только так и жили. Вам ли не знать?
ГЕНА: Ну… Так правильнее. Всё просто, всё понятно.
ДМИТРИЙ: Для первобытных людей, наверное, да. К счастью человечество, шагнуло уже очень далеко от этого периода, к сожалению не везде. Вам не кажется, что уже пора взять в руки книгу?
ГЕНА: Короче, чего там с собакой которая в подъезде ссала? Ты сказал, это не самое страшное. Что было хуже-то?
ДМИТРИЙ: Хуже? За ней убирал я…
ГЕНА: Собачье ссаньё? Зашквар.
ДМИТРИЙ: Сначала в лифте, потом, когда стал водить по ступенькам стал убирать там.
ГЕНА: У нас такое делали только чмошники.
ДМИТРИЙ: Это в вашем окружении плохо, я этого почти не замечал.
ГЕНА: А что ещё?
ДМИТРИЙ: Я вам говорил, что я инженер. Не самый плохой, кстати, даже очень перспективный. Я хожу в тренажёрный зал, танцую танго, латиноамериканские танцы.
ГЕНА: Реально?
ДМИТРИЙ: Да. На работе, у меня есть подчинённые и для многих, я между прочем, являюсь примером. Мои проекты неоднократно выигрывали тендеры, имею не дурную зарплату и в целом, мой образ жизни близок к идеальному, и я могу позволить себе держать собаку, но… На мой взгляд собака в квартире, это издевательство над животным. Я сейчас говорю не про комнатных собак, которых вывели для развлечения, а про больших, которым нужна свобода, пространство… В общем против я этого. А получилось так, что она у меня была и я за ней убирал. Одним словом, нарушение этого правила очень било по моей самооценке.
ГЕНА: Это типа, унижение?
ДМИТРИЙ: Скорее обесценивание твоей позиции. Это когда твои правила нарушают, а потом ещё и усугубляют.
ГЕНА: Понятно, руками в мочу.
ДМИТРИЙ: Да, не в этом дело. Понимаете, Гена, моя жена всё это знала: и то, что я против собак в квартире и то, что я убираю за ней в подъезде, но ей как будто было… Ну, всё рвано, что ли, на мои принципы.
ГЕНА: Так и не убирал бы.
ДМИТРИЙ: Нельзя так. Есть такое выражение, «Убирать говно не стыдно, стыдно жить в говне». Я не о том, что я убирал мочу, а о том, что делал это вопреки своей жизненной позиции.
ГЕНА: Ни хера я чего-то не понимаю.
ДМИТРИЙ: Вот вы можете ударить женщину?
ГЕНА: О как. При чём тут это?
ДИМТРИЙ: Было с женой? Ведь да?
ГЕНА: Не то чтобы прям, бил… Так… Когда уж совсем берега по путает.
ДМИТРИЙ: А эту вашу женщину? Били?
ГЕНА: Ну… Если сама просила. Короче, дальше чего?!
ДМИТРИЙ: Сама? Ну, пусть так. А вот теперь смотрите; предположим, что ваша жена взяла и побила вас.
ГЕНА: Это как это?
ДМИТРИЙ: Очень просто. Одним точным ударом отправила в нокаут. И что для вас будет обиднее: то как она это сделала или то, что вас победила женщина?
ГЕНА: Да не будет такого никогда.
ДМИТИРИЙ: Возможно, но вы допустите такое, на мгновение.
ГЕНА: Чтобы баба побила мужика, это вообще бред. Я даже допускать ничего не буду.
ДМИТРИЙ: Вот, я именно об этом. Угнетает принятие самого факта, а не мелочи и нюансы, которые внутри его.
ГЕНА: Я понял. Короче ты весь униженный смывал мочу с лестницы. И чем кончилось?
ДМИТРИЙ: Мы его усыпили.
ГЕНА: Он тебя на столько достал?
ДМИТРИЙ: У него со временем отказали лапы, он не мог даже просто стоять… Одним словом, пришлось. Жена на это смотреть не могла и зная мою нелюбовь к нему отправила к ветеринару меня.
ГЕНА: Во ты небось кайфанул?
ДМИТРИЙ: Я плакал весь вечер. Да, я ненавидел этого пса и часто бил его и ругал, но, когда он умирал, я видел его глаза. Несмотря на то, что он гадил в подъезде не специально, он как будто просил у меня прощение за это. Всё его тело, изъеденное язвами и внутренними болячками, расслабилось, прямо на моих руках. Только в этот момент я понял, как он всю свою жизнь был напряжён. Он просто уснул, а я будто принял на себя это напряжение. Я, словно понял, что он чувствовал. В тот день я очередной раз начал курить.
ГЕНА: Помогло?
ДМИТРИЙ: Конечно нет.
ГЕНА: Вот и я об этом. И никогда не помогает. Я вообще думаю, что все, кто бросил курить, только и мечтают, как бы снова начать. Просто боятся в этом признаться, поэтому и ищут отговорки на подобие твоей: умер кто-нибудь, жена бросила, с работы уволили, всё это херня. Каждый из них просто хочет курить. Вот и ты тоже.
ДМИТРИЙ: Может вы и правы Гена.

Молча сидят.

ДМИТРИЙ: А зачем она просила вас её бить?
ГЕНА: А, та?
ДМИТРИЙ: Ага.
ГЕНА: Ну не прям бить… Так… Ну, понимаешь?
ДМИТРИЙ: Нет.
ГЕНА: Ну… Типа бить. Не кулаком, а так… Вот… Ладошкой. Но хорошо так. (оглянулся по сторонам, придвинулся к Дмитрию, говорит шёпотом). Всё, говорит, у них с мужем нормуль. Нежный, заботливый, цветочки там всякие, комплиментики, но как будто мужик в нём пропал. Говорит, скажешь ему мусор вынеси — выносит. Ужин сам приготовь — приготовит. Полы просит помыть, прикинь, и полы он ей моет.
ДМИРИЙ: Чего же в этом странного? Она ведь тоже работает, тоже устаёт. Разделить с ней домашний быт это нормально.
ГЕНА: Скажи ещё и в ресторане пусть сама за себя платит?
ДМИТРИЙ: Иногда можно. Конечно.
ГЕНА: Скворешно! Ну с какого хера?! Мужское это, мужское…! Никогда мужик не станет как баба. Никогда. И вся эта чушня, что мы типа равны, херь полная.
ДМИРИЙ: Вы не правы, Гена.
ГЕНА: Ну ОК, ОК. Смотри. В ресторане бабки пополам, так? Мыть, стирать, готовить — пополам, так? Ну, голосовать, там, должности всякие, вся вот эта шляпа, понятно… А вот теперь смотри, в электрику она не полезет…
ДМИРИЙ: Я знаю тех кто умеет это делать.
ГЕНА: Стопудово одиночка или брошенка. Или вообще борец за права свои женские. Если баба нормальная, не полезет. Дальше: сумки тяжёлые ты у неё забираешь. Шкаф переставить, передвинуть тоже мужик нужен. Дома строят мужики… Да и защитить свою бабу может только мужик. Другая баба, она что мне глаза выцарапает?
ДМИРИЙ: По вашей теории мужчины нужны только ради физической силы.
ГЕНА: Это просто пример такой, понятный. А так если посмотреть… Ну, есть вещи которые могут делать только мужики. А самостоятельные бабы, с чем не справляются, тоже мужиков просят. Ну… Мужик решение принимает, в конце концов.
ДМИРИЙ: Хм…
ГЕНА: Знаю, знаю. В семье не без урода. И у меня есть знакомые подкаблучники. Но только они же это… Ну, не сами, а что бы их тёлка не бесилась. Вот и уступают. И ведь смотри какие они козы: чуть что, сразу «я женщина», а какой нормальный мужик будет с бабой бодаться. Вот и получается нет никакого «на равных». Стопудово точно так же её мужик и слился. С начало вот как ты, всё поровну, надо уступать… Так за уступался, что и перестал быть мужиком.
ДМИРИЙ: И тем самым потерял её уважение.
ГЕНА: Шаришь, Дмитрий Иванович. А тут я весь такой «как сказал так и будет». Вот она и…
ДМИТРИЙ: Да уж. Хватит наверное.

Дмитрий отходит, садится в стороне.

ГЕНА: Рабочий день не начался?
ДМИТРИЙ: Что?
ГЕНА: Может всё-таки попробовать выйти? Ну, мне. Ты-то для них лакомый кусочек. Зарплата у тебя, положение…
ДМИТРИЙ: При чём тут моё положение.
ГЕНА: Ну как, где надо — подмазано, денег дают.
ДМИТРИЙ: Денег мне никто не даёт, я их зарабатываю.
ГЕНА: А я по-твоему ворую? Только разве это деньги? Сколько бы тачек я не отремонтировал, выше жопы-то не прыгнешь.
ДМИТРИЙ: Вы кем работайте?
ГЕНА: Автослесарь.
ДМИТРИЙ: Понятно.
ГЕНА: Чего тебе понятно? То, что у меня всю неделю руки по локоть в масле или то, что я пол жизни провожу под чужими машинами, а за свою никак кредит выплатить не могу? Да у меня может дар, бля… Я могу проблему в двигателе определить пока машина на яму заезжает. Только на хер это никому не надо. И платят за это копейки.
ДМИТРИЙ: А что вы сделали, для того, чтобы было по-другому?
ГЕНА: Да всё!
ДМИТРИЙ: Ну что всё? У вас ИП?
ГЕНА: С твоим ИП, налги платить запаришься. Я чего терпила? По знакомым работаю.
ДМИТРИЙ: То есть человека который занимается поиском клиентов у вас нет?
ГЕНА: Дополнительный нахлебник?
ДМИТРИЙ: Почему нахлебник? Это будет ваш сотрудник.
ГЕНА: Который будет с утра до вечера сидеть за компьютером, делать вид что работает, а потом скажет «извини, братан, не я такой — жизнь такая». Плавали – знаем.
ДМИТРИЙ: Не доверяете людям?
ГЕНА: Ну… Чего сразу не доверяю… Не разбираюсь в этом. Не знаю как… Уметь там надо всё это…
ДМИТРИЙ: Есть же простейшая схема как это работает.
ГЕНА: Ты прям, реально, шаришь в этом?
ДМИТРИЙ: Я не знаю специфики вашей профессии, но в целом, алгоритмы одинаковые в любом бизнесе.
ГЕНА: Ну давай, рассказывай.
ДМИТРИЙ: Это такой скрипт… Сценарий с чётким планом действий и времени, соблюдая которые вы выйдите на новый уровень.
ГЕНА: И всё?
ДМИТРИЙ: Думайте это так легко?
ГЕНА: Чего же сложного в том, чтобы сделать, то, что уже написано?
ДМИТРИЙ: Это как раз, самое сложно. Вы думайте я открою вам какой-то секрет? Нет. Это знают все, просто никто не хочет делать. Себя же придётся заставлять, дисциплинировать, а мы, люди, этого очень не любим.
ГЕНА: В армии я ещё и не такое проходил.
ДМИТРИЙ: Вот и хорошо. Значит вы знаете, что такое дисциплина.
ГЕНА: И чего, ты мне всё это бесплатно напишешь?
ДМИТРИЙ: Если бы вы читали соответствующую литературу, вы сами смогли бы это сделать.
ГЕНА: Крутяк. Эх, жалко ты сигарету выкинул, я бы тебе сейчас зажигалку дал.

Гена по-дружески обнимает Дмитрия.

ДМИТРИЙ: Ну, хорош.
ГЕНА: Нормально. Слушай, спросить хотел… Ты правда в латиноамериканских танцах шаришь?
ДМИТРИЙ: Опять будете издеваться?
ГЕНА: Тут такая тема… Меня женщина эта… Ну, та. Как-то звала на танцы. Ей партнёр типа нужен. Там название какое-то мудацкое… Что-то… Какая-та тара. Толи ведро, толи…
ДМИТРИЙ: Бачата?
ГЕНА: Точно, не ведро, а бочка.
ДМИТРИЙ: Доминиканский танец. Да знаю. Она вам предложила?
ГЕНА: Ну. Такая вся…
ДМИРИЙ: И вы пошли?
ГЕНА: Прикинь! Капец они там жопами крутят. У меня аж всё задымилось. Я через десять минут сбежал. У них это так всё складно получается, как-то в музыку… Они прям… Становятся музыкой. В общем круто всё смотрится. И тут я выйду, кривой, ничего не знаю. Опозорю её только. Стрёмно. Если бы я пришёл и уже умею чего-нибудь. Встал и сразу начал, тогда да. А так…
ДМИТРИЙ: Зря вы убежали, Гена.

Дмитрий несколько раз прошёл по периметру.

ДМИТРИЙ: Я тоже занимался танцами и тоже без жены. Думал ей это не интересно. Вы свою жену не пробовали приглашать на такие танцы?
ГЕНА: Что бы потом она вместе со всем двором ржала надо мной?
ДМИРИЙ: Вы ей предлагали?
ГЕНА: Конечно нет.
ДМИРИЙ: Вот и дурак! А она может ждёт этого! А ты сидишь и придумываешь что она над тобой «ржать» будет! И ведь уверен, при этом, что остаёшься брутальным самцом, а сам в это время танцуешь с другой!
ГЕНА: Я не танцевал.
ДМИРИЙ: Но пошёл!
ГЕНА: Пошёл.

Гена отошёл.

ГЕНА: Просто она не такая как мы. Не так позвала что ли… Но вообще правы вы, Дмитрий Иваныч… Про окружение. Иногда удобно всё свалить на то, что так все делают. Если слабый, как я, то конечно, окружение решает. Говорят, что плохо, что хорошо… Я ведь эту женщину с нашими ни с кем не знакомил. Стыдно было. Не за неё, за нас. Мы все как стадо живём…
Вы знаете, Дмитрий Иванович… Я уже говорил, что однажды дал отпор и меня перестали гнобить в школе. Только ведь мне повезло. Правда. Просто повезло.
У нас в классе был парень, Вовка Некрасов… Он тоже дал отпор, но его всё равно продолжали бить. И он каждый раз сопротивлялся. Я всё время думал, откуда у него столько смелости и внутренней силы, чтобы подниматься опять и опять. А он не просто поднимался, он вставал и шёл в класс к тем, кто его только что бил. И он, блин, не стал злым. Он, вот как вы, тоже всем помогал, много смеялся, и умный вообще был пацан… А его продолжали бить. Если бы меня побили второй раз, я бы точно стал чмошником и уже не встал бы, а он встал. И вставал каждый раз.
Вот он, Вовка Некрасов, жил как он считал правильным. На него не повлияло окружение, он не стал таким как я. Он оставался собой. А, я… Я как ваш пёс Дмитрий Иваныч, всё время в напряжение. Боюсь, что скажу, что-то не так, сделаю неправильно, обрадуюсь не тому, чему надо. Я никогда не был свободным как Вовка Некрасов, я всегда был как кто-то. И убежал с этих танцев, потому что испугался. Испугался чего-то нового. Испугался что чего-то не умею… А хотелось.

Молчат.

ДМИРИЙ: Там не сложно. Главное базовые движения понять и чувствовать партнёра.
ГЕНА: Можешь показать?
ДМИТРИЙ: Могу. (Дмитрий встаёт в позицию)
ГЕНА: А не боишься, что увидят? (показывает на верх)
ДМИТРИЙ: Это же просто танцы. Вставайте рядом.
ГЕНА: Так сразу? Может с начало просто покажешь?
ДМИТРИЙ: Может вас с начало в кино сводить, с родителями познакомить? Ну.

Гена встаёт рядом с Дмитрием.

ДМИТРИЙ: Любой танец начинается с шага. Смотрите. Раз-два-три-четыре. Раз-два-три-четыре. Понятно?
ГЕНА: Вроде.
ДМИТРИЙ: Теперь вместе.
ВМЕСТЕ: Раз-два-три…
ДМИТРИЙ: Не считать вместе, а двигаться. Смелей. Ну. Раз-два-три-четыре. Раз-два-три-четыре.
ДМИТРИЙ: У вас замечательное чувство ритма. Всё получится. А теперь добавьте, вот такое движение тазом в такт шагам. Раз-два-три-четыре. Раз-два-три-четыре. Понятно?
ГЕНА: Ну, типа да.
ДМИТРИЙ: Тогда, и… Раз-два-три-четыре, раз-два-три-четыре. Сам!
ГЕНА: Раз-два-три-четыре. Раз-два-три-четыре.
ДМИТРИЙ: Здорово. Вы зря не занялись танцами. Теперь дайте вашу руку.

Дмитрий берёт Гену за руку, второй рукой обхватывает его за талию. Гена резко отдёргивает руку Дмитрия и отходит.

ГЕНА: Это чё сейчас было такое?! Чего за херня?! Ты чего меня лапаешь?!
ДМИТРИЙ: Вы же сами попросили. Бачата, это парный танец. Представьте, что я ваша жена.
ГЕНА: Жена бля…
ДМИТРИЙ: Вы друзьям руку жмёте?
ГЕНА: Ну.

Дмитрий берёт Гену за руку.

ДМИТРИЙ: При встрече с другом, похлопывайте ему по спине?

Дмитрий берёт вторую руку Гены и кладёт себе под руку.

ДМИТРИЙ: А теперь шаги. Вперёд с правой, назад с левой. Раз-два-три-четыре. И обратно, раз-два-три-четыре. Ну отлично. Теперь расслабьтесь. Плечи опустите. И всё тоже самое, но чуть по быстрей. Ок? Раз-два-три-четыре. Считайте.
ГЕНА: Раз-два-три-четыре.
ДМИТРИЙ: Да!
ГЕНА: Раз-два-три-четыре, раз-два-три-четыре.
ДМИТРИЙ: Подкручивайте тазом! Раз-два-три-четрыре…

Танцуют Бачату. Гена начинает импровизировать. Оба смеются и садятся на пол.

ДМИТРИЙ: Гена, вы прирождённый танцор. Ваша жена, сума сойдёт, когда вы выйдите на танцпол.
ГЕНА: Нет Дмитрий Иванович, это вы прирождённый педагог. Ещё никто, ничему, меня так быстро не учил. Если вы и с сервисом так же быстро научите, мы вообще можем быть крутой командой.
ДМИТРИЙ: Легко. Как у вас говорят без «Б».
ГЕНА: Ну типа того. Не сидите на полу. Вот

Гена снимает куртку, кладёт её на пол. Оба садятся на куртку.

ГЕНА: О, у вас есть ремень?
ДМИТРИЙ: Да.
ГЕНА: Давайте сюда.
ДМИТРИЙ: Что вы задумали?
ГЕНА: Сейчас всё будет красиво.

Гена снимает свой ремень, связывает с ремнём Дмитрий, привязывает к ремням свою куртку за рукав. И пытается этой импровизированной верёвкой добросить до стула и притянуть его к себе.

ГЕНА: Чуть-чуть не хватает.
ДМИТРИЙ: Давайте помогу.

Дмитрий держит Гену за руку, Гена чуть наклоняется, и они достают стул и затаскивают его в периметр.

ГЕНА: Вот так!
ДМИТРИЙ: Да! Мы теперь просто короли! Гениальная идея Гена.
ГЕНА: Да ладно, херня… То есть, ну… Ерунда, короче. Присаживайтесь Дмитрий Иванович.
ДМИТРИЙ: О, что вы, что вы, Геннадий, после вас.
ГЕНА: А и правда.

Оба смеются и рядом садятся на стул. Гена по-дружески обнимает Дмитрия.

ГЕНА: Как будто уже, и голова не болит. Дмитрий Иваныч, а вы ведь тоже не предложили жене танцевать с вами.
ДМИТРИЙ: Да, Гена… Не предложил. Я как и вы за неё думал.
ГЕНА: То-есть мне советовать норм, а сами, как бы…
ДМИРИЙ: Не как бы. Сам я такой же как вы, только вид делаю, получается. Я не говорил с ней, потому что со временем наш диалог превратился в её монолог.
ГЕНА: Вот я о том же. Бабы ведь не слышат совсем…
ДМИРИЙ: Нет, Гена, не по этому. Мы говорили… В самом начале наших отношений. Мы даже расставляли наши совместные приоритеты, личные границы… Но со временем, я как будто становился мягче. Её стремление в принятии решений перевесило моё желание это делать.
ГЕНА: Что делать?
ДМИРИТЙ: Принимать решение. Вы знаете, Гена, я последнее время даже цветы дарил ей просто по тому, что это принято. Не имея желания выбирать букет и не задумываясь из чего он состоит. Брал готовый и дарил. Мне казалось его делает специалист, а он лучше знает.
ГЕНА: Ясень пень лучше.
ДМИРИЙ: Не надо лучше, Гена. Надо как чувствуешь. Дарить цветы своей женщине это поступок?
ГЕНА: На мой взгляд — бабки на ветер.
ДМИРИЙ: Потому что вы их покупаете. И я покупаю. А вы дарили жене цветы, которые сами нарвали? Букет из полевых ромашек, например, дарили?
ГЕНА: Чего его дарить? Это же дешня. Вон, пошёл в поле, нарвал что попало и…
ДМИРИЙ: Это поступок, Гена. Действие которое вы совершаете для своей женщины. Идёте в поле, ищите там лучшие цветы, украшаете полевой травой, может быть даже сорной… И это всё ради неё. А мы превратили букет цветов, в денежный эквивалент, в формальность, которая нам кажется правильной. Так и в жизни…
Вот вы говорите «нарвал что попало»… А так и должно быть в настоящем букете. Не как флорист составил, где всё красиво и аккуратно, а что попало. В этом моя главная ошибка. Мы неправильно делали наш с женой букет. Мы были уверены, что он должен состоять только из ромашек. А в нём должны быть и сорняки, и полевая трава, и вообще всё что угодно. Не могут отношения состоять из одних только ромашек. Она побоялась показать мне свои сорняки, свои травы и в её жизни появились вы. Я болван, Гена, я болван!
ГЕНА: Погоди, погоди, Дмитрий Иваныч… Ты это… Это… Появился я…? Ты не это…? Это ты?
ДМИРИЙ: Я, Гена. Я прочитал на её телефоне сообщение от вас, удали его и сам пошёл в тот бар. Вас узнал по фото на аватарке. Вы уже были пьяны и нормального разговора у нас всё равно бы не получилось, но я очень хотел понять почему именно вы и напился с вами. А это (показывает на рамку) стул это, рамки… Это вышло случайно. Я даже не был уверен, что получится вас тут удержать. Но почему-то вы поверили в историю с вытрезвителем.
ГЕНА: А камера?
ДМИТРИЙ: Присмотритесь. Это же просто какой-то датчик.
ГЕНА: Можете дать мне в морду, Дмитрий Иванович. Я виноват. Даже не буду сопротивляться.
ДМИРИЙ: Не будь сорняком в букете, Гена, будь полевой травой. Вы — логичное следствие моего неправильного букета. Тебе надо думать про свой. Иди домой, Гена, к жене.

Дмитрий выходит за периметр куба. ЗТМ.

КОНЕЦ.