Михаил БАТУРИН

Ворона обыкновенная

Пьеса в одном действии.

Действующие лица:
АНЯ – 13 лет.
ВАЛЯ – её одноклассница.

Комната АНИ. Очень много книг, полки занимают все свободные стены. Книги современные в красочных обложках: в основном фэнтези, но есть и подростковая романтика, отдельная этажерка — под книги о животных. Кровать не заправлена, на письменном столе ноутбук, рядом свалены учебники, тетради и прочие школьные «атрибуты». На тумбочке стоит большой телевизор, под ним – компьютерная приставка «PS-4», рядом лежит джойстик. Имеется в комнате кресло-кровать, комод, шкаф, на дверце которого на плечиках криво висит школьная форма. Рассматривая своё лицо, возле трюмо с зеркалом в полный рост стоит АНЯ. ВАЛЯ суетится рядом с ваткой и каким-то флакончиком в руках.

АНЯ: Солнечного света не хватает. Всегда не хватает света. Так надоело в жить в тени.
ВАЛЯ: Ой, я же им говорила, чтобы не били тебя! Как теперь-то? Мамка твоя увидит – кипишь подымет!
АНЯ: Раньше такой вид был из окна: парк, пруд… Дом воткнули во дворе, никого не спросили.
ВАЛЯ: Блин-блин! Чё делать-то, Аня? Губа-то распухла.
АНЯ: Теперь свет в окно вообще не попадает. Точечная застройка, козлы.
ВАЛЯ: Чё мамке-то скажешь?
АНЯ: Это моё место было. Народу никого, и солнца много. Спокойно можно почитать и погреться.
ВАЛЯ: Маме-то скажешь чего?
АНЯ: Да, пофиг ей! Она и не заметит.
ВАЛЯ: Ага, конечно, не заметит! А если заметит?
АНЯ: Не ссы в трусы, Валя. Тебе-то что?
ВАЛЯ: Скандал будет. Разборки. Вон, у «бэшек» парни побили одного. Так родители и к директору, и в полицию пошли. Всех опрашивали, весь класс. Троих на комиссию вызвали.
АНЯ: Не заметит. Мать поздно приходит, я уже сплю иногда. А в школу я ухожу, она ещё спит. Она ж риэлтор, все показы квартир по вечерам. Такая работа.
ВАЛЯ: Бомбически! А у меня бабка весь день дома торчит, фиг, одна побудешь.
АНЯ: Она же съезжать хотела?
ВАЛЯ: Ага, конечно! Снова квартиру сдала. Деньги всё-таки.

АНЯ наклоняется к зеркалу, рассматривает зубы. ВАЛЯ садится в кресло, смотрит на подругу.

АНЯ: Вот коза Сейфулина! Ладно хоть зубы целы.
ВАЛЯ: Это она из-за Витьки всё.
АНЯ: Да, блин! Да, сколько можно! Запарили вы! Сто раз объяснять?! Нету у меня с ним ничего, вообще никаких чувств там и всё такое! Он просто прикольный, мне интересно с ним поболтать! Витька — просто одноклассник и всё! Понятно?!
ВАЛЯ: Ага, конечно. Но Катька-то любит его. А ты с ним треплешься.
АНЯ: И что? Вечно ты всех защищаешь! Ты вообще чья подруга?
ВАЛЯ: Твоя.
АНЯ: А с фигали Сейфулину защищаешь?
ВАЛЯ: Я…
АНЯ: Всем хочешь угодить?! Нельзя быть другом всем подряд!
ВАЛЯ: Мама говорит, я коммуникабельная. Мне много общения надо.
АНЯ: Откуда они узнали моё место? А?! Общительная?! Ты сдала?!

ВАЛЯ вскакивает, стоит перед АНЕЙ.

ВАЛЯ: Анечка, да ты чё? Я?! Да, я! Да, я никогда! Я же твоя лучшая подруга!
АНЯ: А кто? Кроме тебя никто не знал.
ВАЛЯ: Это не я! Я честно говорю! Не знаю кто! Может видел кто, что ты с книжкой ходишь в одно и тоже место…
АНЯ: Твари! Выследили.
ВАЛЯ: У Сейфулиной шобла человек пять.
АНЯ: И все дуры! Нафига ты с ней общаешься?!
ВАЛЯ: Так я со всеми…
АНЯ: И нашим, и вашим?!
ВАЛЯ: Ага, конечно! А кто тебя предупредил? Я сказала, что Катька тебя побить хочет, а ты всё равно на улицу пошла.
АНЯ: Что мне теперь: дома сидеть и всё такое?! (АНЯ плюхается на кровать). Ничего, я одной тоже заехала!
ВАЛЯ (садится на краешек кровати): Кому?!
АНЯ: Подсиралке её – Поролоновой.
ВАЛЯ: Парамоновой?
АНЯ: Поролоновой!
ВАЛЯ: Ну, ты вообще!
АНЯ: Фигня. Но выводы я сделала. Ты это учти! Мало не покажется…
ВАЛЯ: Настучишь?
АНЯ: Ты, Валя, дура?
ВАЛЯ (встает, затем пересаживается в кресло): А чё такого? Бабка говорит, если знаешь, кто что сделал плохо, можно сообщить куда следует.
АНЯ: А куда следует?
ВАЛЯ: Ну, «ХэЗэ».
АНЯ: Ты стучала?
ВАЛЯ: Ты чё?! На кого?!
АНЯ (передразнивает): Ну, «ХэЗэ».
ВАЛЯ: Ага, конечно! Ой, ладно! А правду говорят, что ты в первом классе с половиной класса подралась?
АНЯ: А, ты ж с нами не училась тогда. Не с половиной, с тремя только. Я не ты: со всеми «вась-вась» не могу.
ВАЛЯ: Чё ты опять?
АНЯ: Ладно, проехали… Отец, тогда жив ещё был, меня учил. Не ссы в трусы, говорил, Анька! Если драки не избежать, бей первая и всё такое!
ВАЛЯ: А я своего папу не видела никогда. Всю жизнь: я, мама, бабушка.
АНЯ: И собака у вас тоже сука.
ВАЛЯ: Аня!!!
АНЯ: Это шутка такая.
ВАЛЯ: Ага, конечно! Шутка! Ой, а можно я на приставке поиграю?
АНЯ: Валяй, Валя! Я пока сочинение допишу.

ВАЛЯ включает игровую приставку, берет джойстик, устраивается в кресле удобнее. АНЯ садится за стол, достает тетрадь, сдвигает в сторону стопку учебников. Некоторые падают на пол, но она не обращает на это внимания.

ВАЛЯ: Вроде не задавали.
АНЯ: Я ещё не сдала «друзей».
ВАЛЯ: Две недели, как сдали. Тебе двойку поставят.
АНЯ: Поставила уже. Пофиг. Но класснуха сказала, что исправит, если все-таки сдам и всё такое.
ВАЛЯ: Про кого пишешь?
АНЯ: Про тебя, ты ж моя подруга.
ВАЛЯ: Ага, конечно! Дашь почитать? О, класс! «Майн Крафт» обожаю. В торговике час поиграть – сто пятьдесят рублей. Мать не дает денег. А печенек не осталось? Тех, с кремом?
АНЯ: Возьми на кухне. Знаешь где…

ВАЛЯ откладывает джойстик, выходит. Кричит из другой комнаты. АНЯ перечитывает, что написала в тетради ранее.

ВАЛИН ГОЛОС: А где тут? А вот! Аня, я сок ещё возьму? А?
АНЯ (кричит): Возьми! (Тише). Проглотка.
ВАЛИН ГОЛОС: О! Тут ещё шоколадка есть. Я её тоже возьму.
АНЯ: Возьми, блин, что хочешь!

ВАЛЯ возвращается с пакетом сока, стаканами, печеньем и шоколадом. Все не помещается у неё в руках, что-то девочка держит под мышкой, что-то зажимает подбородком. ВАЛЯ торопится сесть, пока не уронила.

ВАЛЯ: Фух! Еле донесла.
АНЯ: Сходила бы два раза.
ВАЛЯ: Да? Так можно было? (Садится, расставляет вокруг себя продукты и посуду). Я тебе тоже стакан взяла.
АНЯ (пишет): Угу.
ВАЛЯ (играет): Ань, а чё у тебя не пятерка по литере? Ты читаешь вон столько.
АНЯ (пишет): И что?
ВАЛЯ: Бомбически!!! Все мои настройки сохранились. Ты не играла что ли?
АНЯ (пишет): Не-а.
ВАЛЯ: Была бы у меня приставка, каждый день бы шпилилась. «Майн Крафт-Креатив» обожаю. У Катьки тоже есть приставка, но там битвы, стрелялки. У неё вообще все диски такие. «ГэТэА» там, «Зомби-апокалипсис».
АНЯ (смотрит на ВАЛЮ): Ну, и не ходи к ней.
ВАЛЯ: А у Костика спортивные всякие и гонки.
АНЯ: У Костика гонки? Да он — рукожоп! Он на лыжах-то стоять не может. Ха! Гонки!!
ВАЛЯ: Играет прикольно. А Сейфулина так матерится, когда играет! Пипец! Такая она неприятная.

АНЯ что-то с силой вычеркивает в написанном. И снова пишет. ВАЛЯ увлечена происходящим на экране.

ВАЛЯ: А я вот так! Ага! Сюда! (Говорит, не глядя на АНЮ). Ты в черновик или сразу в тетрадь?
АНЯ (пишет): Черновик. Вычеркнула половину, что вчера писала. Новые мысли появились.
ВАЛЯ: Я думала, если много читаешь, то по литере пятерка автоматом получится.

АНЯ отрывается от тетради, смотрит на ВАЛЮ.

АНЯ: С какого перепугу? Что читаю я, и что надо по программе? Я это «Детство» Горького прочла десять страниц и ни хрена не поняла. А этот? Леонид Андреев? Это вообще кто? Забытый писатель, на хрен нам его впаривают? Мало того, что он умер сто лет назад, но что он пишет?
ВАЛЯ: Это который?
АНЯ: «Баргамот и Гараська». Хрень какая-то.
ВАЛЯ: А мне мама тебя в пример ставит. Так и говорит: «Ладно хоть читает». Я не читаю, мне не интересно.
АНЯ: А те, что я тебе давала? «Руби Редфорд» или «Geek Girl»?
ВАЛЯ: Не прочла ещё.
АНЯ: Ни одной?! Там же целые серии, я тебе только первые книжки дала.
ВАЛЯ: Скучно читать.
АНЯ: Скучно? Я вот начала с рассказов про животных, потом на фэнтези перешла и всё такое. Там целые миры! Своя жизнь!
ВАЛЯ: Ага, вот «Пандориум» ничё так ещё.
АНЯ: Дать тебе вторую?
ВАЛЯ: Нет пока. Может, эти прочитаю. Там по программе ещё много.
АНЯ: Нет, чтобы Джека Лондона или хоть бы Конан Дойла в программу вставили.
ВАЛЯ: Так-так-так! Я ну-ка сюда… Блин, игра – класс! А читать – долго и неинтересно. Гоголь ещё этот, сумасшедший.
АНЯ: Вообще, запарили! Почему я в четырнадцать лет…
ВАЛЯ: Тебе тринадцать.
АНЯ: Скоро будет! Почему я — подросток — должна понимать, что взрослый мужик с похмелья написал, а то и бухой?! Они все алкаши, самоубийцы и шизоиды. Как я пойму загоны их и всё такое. Что там в их башке тараканы сочинили?!
ВАЛЯ: Это ты про Есенина?
АНЯ: Да, блин, почти про всех этих поэтов! Но Есенин, кстати, бухой никогда не писал.
ВАЛЯ: Да, ладно? Я кино с Безруковым смотрела: он по синьке вообще жестко угорал.
АНЯ: Бухал нехило, но писал только трезвый принципиально. Я читала.
ВАЛЯ: А чё он тогда повесился?
АНЯ: Там мутная история. Похоже, его повесили и всё такое. Я читала.
ВАЛЯ: А за чё?
АНЯ: Сиди играй! Мне писать надо!

ВАЛЯ наливает себе сок, открывает пачку печенья. АНЯ пишет.

ВАЛЯ: А сейчас чё читаешь?

АНЯ молча берёт книгу со стола, поднимает над головой, показывая обложку.

ВАЛЯ: Фигасе! «Восемнадцать плюс»! Как тебе её в магазине-то продали.
АНЯ: Отметка не для продавца, отметка для родителей.
ВАЛЯ: А чё там взрослого пишут?
АНЯ: Ну, типа, любовь и всё такое.
ВАЛЯ: Всё такое?
АНЯ: Ага.
ВАЛЯ: Какое такое?
АНЯ (поднимает голову, смотрит на ВАЛЮ, после паузы говорит): Ты дура, Валя?
ВАЛЯ: Ага, конечно?! Про секс что ли?
АНЯ: Типа того.
ВАЛЯ: Фигасе… Блин, а сколько времени? У тебя за окнами уже темно как-то.
АНЯ: Из-за новостройки… Ничего, скоро переедем.
ВАЛЯ: Да ты чё?! А куда?
АНЯ: Мать в долёвку таун-хаус строит. Три квартала отсюда.
ВАЛЯ: Крутая у тебя мать.
АНЯ: Пришлось… Как отец в ДТП погиб, надо на что-то жить было. Выучилась на риэлтора. Теперь нормально. А тогда одну перловку и капусту ели и всё такое.
ВАЛЯ: А моя тоже пойдёт учиться. Наверное… На маникюршу. Удобно будет: в той же парикмахерской кабинет откроют. Будет и стричь, и ногти чистить.
АНЯ (пишет): Угу.
ВАЛЯ (играет): Ух, ты! Класс! Вот это я удачно зашла! А Сейфулина тоже переезжать собирается. У неё отец коттедж достраивает.
АНЯ: Тебя там тоже печеньками кормят?
ВАЛЯ: Ага, конечно! Там всё строго. Порядок идеальный, всё вылизано. Ни как у тебя. Ни чихнуть, ни пукнуть.
АНЯ: У меня тоже не стоит это делать.
ВАЛЯ: Братья у неё такие. Чё скажут, она сразу подрывается. У них в семье этот… как его… слово забыла. Когда мужики главные?
АНЯ: Патриархат.
ВАЛЯ: Во! Вот это слово. Жёстко там всё. Мне Катьку даже жалко.
АНЯ: Бедненькая. Сейчас заплачу.
ВАЛЯ: Так-так-так, а я сюда! Ага, конечно! А когда отец её пришёл, меня выгнали сразу. Он отдыхать должен дома.
АНЯ: Он деньги зарабатывает. Моя мать тоже приходит и на диван ложится: сериалы по второму каналу пялит и пиво посасывает. Отдыхает.
ВАЛЯ: А вот у Ваньки Комарова меня бутербродами угощали с чаем и этими еще… мохнатыми такими.
АНЯ: Чем?!
ВАЛЯ: Такие фрукты: зелёные внутри, а шкурка мохнатая.
АНЯ: Киви что ли?
ВАЛЯ: Ага, вкусно. И у него нескучно, он ЛЕГО-конструированием занимается. Замки строит, корабли, машины. Вот я сейчас тоже в «Майн Крафте» погреб обустраиваю.
АНЯ: Ты уже у всего класса в гостях побывала?
ВАЛЯ: Мне много общения надо, я такой человек.
АНЯ: А что Ванька про Костика говорит?
ВАЛЯ: Чмошник, говорит, и рукожоп.
АНЯ: Понятно. Только Ваня сам дебилоид.
ВАЛЯ: А чё так?
АНЯ: Смартфон у него появился. Пишет мне в Ватсапе: и там смайлики всякие наляпал, а в конце какашку ставит.
ВАЛЯ: Ага, конечно?!
АНЯ: Я говорю: ты почему мне какашку прислал? Он не сразу понял, а потом написал, типа, думал, что это трюфель.
ВАЛЯ: Трюфель?
АНЯ: Конфетка такая.
ВАЛЯ: А-а…
АНЯ: Вот смотри.

АНЯ показывает ВАЛЕ на своём смартфоне смайлики.

ВАЛЯ: А-а… А чё он тебе вообще писал-то?
АНЯ: Фиг знает. Смартфон появился, вот и писал, и всё такое.
ВАЛЯ: Ага, конечно! А Городенковой он не только писал, но и предлагал в «Бургер» сходить. Типа, свидание.
АНЯ: А ты откуда знаешь?
ВАЛЯ: Мне Сейфулина сказала. (Играет). Куда-куда-куда?! Блин, ну, нет! Ага, конечно. Вот так-то лучше!
АНЯ: Что там у тебя?
ВАЛЯ: Да, не туда влезла, блин.

АНЯ опять что-то размашисто вычеркивает в своём сочинении.

ВАЛЯ: Чё-то ты там черкаешься так?
АНЯ: Ненавижу «Русский».
ВАЛЯ: У тебя вообще есть любимый предмет?
АНЯ (подумав): Биология.
ВАЛЯ: У тебя же по ней тоже тройка.
АНЯ: Мне не предмет нравится, а времяпрепровождение на нём.

АНЯ открывает ноутбук, включает. Загорается экран, на котором рисунком рабочего стола фотография АНИ на фоне моря.

ВАЛЯ: Классная фотка, это ты где?
АНЯ: В Греции на Крите.
ВАЛЯ: А мы летом в Крым собираемся, в Евпаторию.
АНЯ: Мне не понравилось там.
ВАЛЯ: В Греции лучше?
АНЯ (заходит в интернет, забивает поисковый запрос): В Турции. Там в отеле номера убирают каждый день, бассейнов несколько, водные горки и жрачки сколько хочешь и всё такое. Идёшь и выбираешь всё, что хочешь и сколько хочешь. Сластей отдельный стол, фруктов завались, арбузы. Шведский стол называется.
ВАЛЯ: Класс! А в Греции?
АНЯ: В Греции тоже еды много, тоже шведский стол. Но горок в отеле нет. А у турков в каждом отеле горки.
ВАЛЯ: А на Крите?
АНЯ (читает с экрана): Это одно и тоже. Крит – греческий остров.
ВАЛЯ: А я думала Кипр греческий.
АНЯ: На Кипре тоже греки живут, но это отдельная страна.
ВАЛЯ: Ага, конечно?!
АНЯ: Я там не была, но читала. Там тоже прикольно: отели, бассейны и всё такое.
ВАЛЯ: А-а… А в Крыму?
АНЯ: Там горок нет, бассейн один был. И еду заказывать надо было каждый раз или в магазине покупать.
ВАЛЯ: Мама сказала, что она сама готовить будет.
АНЯ: Моей такой отпуск нафиг не нужен. Она любит, чтобы было всё готовое. Отдыхать так отдыхать! И всё такое!

АНЯ переписывает что-то в тетрадь из интернета.

ВАЛЯ: Мне мамка тоже ноутбук купит в следующем году.
АНЯ: У тебя нет что ли?
ВАЛЯ: Не-а.
АНЯ: А как ты в электронный дневник ходишь: «домашку» узнаешь и всё такое?
ВАЛЯ: Спрашиваю у кого-нибудь.
АНЯ: Нам же в следующем году МЭО вводят. Там комп нужен домашний.
ВАЛЯ: Чё такое МЭО?
АНЯ: Мобильное электронное образование. Часть заданий только в электронном виде.
ВАЛЯ: Наверно, поэтому мне мамка ноутбук и хочет взять. Бэушный какой-нибудь.
АНЯ: Прикольно, «ВКонтакте» зарегишься.
ВАЛЯ: Ага, конечно! Я тогда там вообще залипать буду. О, класс! Изумруд! Кто молодец?! Я молодец! Теперь поиграем!!!
АНЯ: Повезло.
ВАЛЯ: Ещё бы! Изумруд — самая редкая руда!
АНЯ: Изумруд не руда, а драгоценный камень.
ВАЛЯ: Ага, конечно? Я думала, если в шахте добывают, значит, руда.
АНЯ: Ты же погреб строила?
ВАЛЯ: Я себе за три алмаза кирку скрафтила. Алмазы тоже не руда?
АНЯ: Из руды металл выплавляют, а камни – это камни. Как ты из них что-то плавить будешь?
ВАЛЯ: Ну, ты умная! Чё же у тебя по всем предметам тройки?
АНЯ: Да, мне пофиг.
ВАЛЯ: Хорошо тебе. А Владика отец за двойку по алгебре ремнём побил.
АНЯ: Да, ладно! Жесть! Откуда знаешь?
ВАЛЯ: Мне Ирка сказала, она с ним, типа, мутит.
АНЯ: Капец, ты всё знаешь!
ВАЛЯ: Случайно. Ванька с Иркой в одну секцию по плаванию ходит, он слышал, как они по телефону трепались. А ты в школу завтра в чем пойдёшь?
АНЯ: В смысле?
ВАЛЯ: Завтра последняя пятница месяца: свободная форма.
АНЯ: Прикольно. Надо в комоде порыться. Там мать недавно мешок вещей припёрла, опять на «закупках» по интернету затарилась. Я ещё не мерила.
ВАЛЯ: А дай мне ту блузку с Эйфелевой башней на день.
АНЯ: Она в стирке.
ВАЛЯ: Блин. А у меня нет нового ничего.
АНЯ: Фигня какая. Не парься. Всё! Вроде дописала. Будешь слушать?
ВАЛЯ: Ага, конечно! Сейчас только сока налью! И шоколадку открою.
АНЯ: Сок с шоколадом?!
ВАЛЯ: Животные едят для того, чтобы жить. А люди живут для того, чтобы есть!
АНЯ: Ты где это вычитала?
ВАЛЯ: Ага, конечно! Вычитала! В мультике видела! «Лесная братва».

ВАЛЯ наливает себе сок, достаёт из пачки несколько печенок, разворачивает шоколад, залазит в кресло с ногами, готовится слушать. АНЯ встаёт перед ней, присаживается на край стола.

ВАЛЯ: Я готовая.
АНЯ (читает): «В нашем классе некоторые считают меня «Белой вороной», потому что я не такая как все. В «Википедии» написано: «Белая ворона – метафора, используемая в русском языке для обозначения лица, имеющего поведение или систему ценностей, отличные от других… Белая ворона противоречивый символ необычности, инаковости, часто сопряжённой со страданием, непониманием и отчуждением со стороны окружающих». Может быть, я и Белая ворона, но в отличии от Википедии я нисколько не страдаю, не чувствую себя ущемленной, мне абсолютно пофигу…».
ВАЛЯ: Так и напишешь: «пофигу»?
АНЯ: Да, по фигу!
ВАЛЯ: Класснуха ругаться будет.
АНЯ: Запарила она. Дальше читаю. «Другое дело моя подруга Валя, которая считает себя моей лучше подругой. Вот ей не пофигу! Но она и не Белая ворона. Она — ворона обыкновенная».
ВАЛЯ: Чё это я ворона-то?
АНЯ: Блин, это метафора!
ВАЛЯ: Метафора?
АНЯ: Ты слушать будешь?
ВАЛЯ: Ага, конечно.
АНЯ: «Человек не может без друзей, хотя бы один друг, хоть какой, но должен быть. Так хочется иногда рассказать, что ты узнала нового, что произошло, что придумала, о чем мечтаешь. В себе всё не удержишь: разорвёт! У меня есть подруга по переписке Катя. Но она живёт в Мурманске…».
ВАЛЯ: Это которая живёт на улице с таким смешным названием?
АНЯ: Ага, улица «Фадеев ручей», я тоже прикололась!

ВАЛЯ откусывает от целой плитки шоколада, не ломая её на кусочки. Жестом показывает АНЕ, чтобы та продолжала читать.

АНЯ: «И вот в нашем классе появилась Валя. Она подкупила меня вопросом: «А почему тебя считают белой вороной?». И, правда, почему? Что во мне не так?
Да, я на переменках не толплюсь с одноклассницами и не обсуждаю всякую фигню, типа, кто кому понравился, кто влюбился, сериалы, шмотки, Ксюшу Собчак и всё такое. Мне противно то, о чем они говорят. Когда-нибудь и я встречу парня, с которым мне будет тепло и солнечно. А сейчас все эти разговоры моих одноклассниц про любовь – глупый бред. Пока я лучше посижу и почитаю в сторонке.
Да, я не шаперюсь с одноклассниками по району с USB-колонкой, из которой сыплется тупой подростковый рэп с матерками.
Да, я не сижу часами всей шоблой в «Макдональдсе». Не ржу как кобыла над каждой тупой шуткой, прочитанной в интернете.
Если это означает – быть как все, то ну нафиг! Мне это не интересно. Мне с ними не интересно».
ВАЛЯ: А в «Макдональдсе» вчера прикольно посидели-поугарали! У Пашки деньги были, он мне чизбургер купил и Колу.
АНЯ (продолжает читать, даже не взглянув на ВАЛЮ): «Многие мои одноклассники уже решили, кто кем будет. Кто-то уже даже поменял желание. Я тоже была уверена, что буду ветеринаром. Я прочитала очень много книг о животных. Холли Вебб была моей любимой писательницей. И я решила, что буду лечить животных, когда вырасту. Но однажды я стояла у подъезда. По дороге ходили голуби. Резко подъехала машина и раздавила одного из них. Раздавила так, что все внутренности птицы выдавились на асфальт. Выскочившее сердце ещё несколько секунд пульсировало. Сжималось и разжималось, сжималось и разжималось, сжималось и… Мне стало так плохо от этого, что вырвало…».
ВАЛЯ (откусывая печенье): Фу, я же ем!
АНЯ: Ты всегда ешь!
ВАЛЯ: Ой, Городенкова заревёт в этом месте, она вообще такая рёва!
АНЯ (читает): «Так я передумала быть ветеринаром. И кем буду, понятия не имею. Но ведь главное – быть хорошим человеком? Так учит нас наша классная руководительница Виктория Сергеевна».
ВАЛЯ: О! Ха-ха! Это класснухе понравится!
АНЯ: Слушай: самое интересное впереди. «И вот появилась в нашем классе Валя. Мы с ней вроде бы были похожи. В обеих нет отца. Обе были в классе, как бы чужими. Но просто она была новенькой, и всё такое. Очень быстро она стала обычной серой вороной из обычной серой массы».
ВАЛЯ: Чё это серая? (Поймав взгляд АНИ, умолкает). А-а, метафора опять, ага…
АНЯ: «И самое главное: Вале это нравится. Быть вороной обыкновенной. Моя подруга Катя из Мурманска тоже необычная. Она на два года старше меня, но нам это не мешает общаться. У неё тоже нет отца. Он был офицер-подводник и погиб давно. Сейчас Катя с мамой и младшим братом живут бедно. Катя помогает матери. Моет полы в школе после уроков, работает курьером, промоутером, расклеивает листовки. Она хочет выучиться, поступить в институт, разбогатеть. Катя много читает, больше чем я даже. Она живёт в книгах, как и я, в иных мирах, в иных вселенных. Я ей высылаю иногда свои книги, потому что книги стоят дорого, и Катя не всегда может купить, что хочет. Жаль, что мы живём в разных городах. Мне было бы интересно с ней поболтать вживую и всё такое».
ВАЛЯ: Ну, и чё, что она…
АНЯ: Слушай дальше! «Её тоже считают в школе Белой вороной и даже дразнят. Другое дело Валя».
ВАЛЯ: Ага! Про меня!
АНЯ: «Она быстро вошла ко всем в доверие. Сейчас она запросто ходит в гости ко всем в нашем классе. Вошла в доверие? Я бы сказала: втерлась!».

ВАЛЯ пытается что-то сказать, но АНЯ движением руки её останавливает.

АНЯ: «Но зачем она по всем шаперится? Почему все её пускают к себе домой, откровенничают и всё такое? Я быстро поняла, что она не такая как я, но общаться мы продолжали. Сначала я думала, что Валя на самом деле очень коммуникабельная, ей нужно много общения. Потом думала, что Валя очень бедно живёт и поэтому ходит ко всем: поесть что-то вкусного, поиграть на приставке, выпросить блузку или толстовку. Мне было её жалко».

ВАЛЯ отставляет в сторону стакан с недопитым соком, откладывает надкусанное печенье.

АНЯ: «Но потом я начала понимать, что она просто хочет очень быть одной из стаи, быть как все, быть со всеми сразу. Именно поэтому она втирается в доверие. Всем и каждому говорит, что она их подруга. Даже тем, кто друг друга не переносит и всё такое. Она по секрету узнает подробности нашей жизни, а потом рассказывает их всем подряд. Причем, часто рассказывает гадости! Ване про Костика, Костику про Ваню. Теперь все знают, что Ирка мутит с Владиком. А Владику отец избил жопу ремнём».

ВАЛЯ пытается вскочить, что-то сказать, но Аня вновь движением руки её останавливает.

АНЯ: «Сегодня у меня был конфликт с одноклассницами. Они застали меня врасплох, в моём тайном месте, где никого никогда не бывает. Место знала только Валя, я рассказала ей о нём, как лучшей подруге. Это предательство! Мелкое и подлое предательство! Такое прощать нельзя!
Но пусть Сейфулина даже не просит меня рассказать, что именно я узнала от Вали про неё, её семью и её чувства к Витьке!».

АНЯ берет сок и отпивает прямо из пакета, смотрит на потрясенную ВАЛЮ. Помолчав, заканчивает чтение.

АНЯ: «И ведь она даже не понимает, что делает плохо. Плохо всем. Она простая, неумная и не хочет умнеть. А ещё она завистливая: выглядывает кто и как живёт, а потом осуждает. Ворона обыкновенная – летает, жрёт и каркает.
Когда я закончу читать это сочинение, у меня уже не будет подруги Вали. Фигня! Лучше совсем не иметь подруг, чем такую. Так что место вакантно. Велком! А если у меня больше не будет подруг, то пофиг. Мне и так комфортно! И всё такое!».

ВАЛЯ смотрит на АНЮ. Девочки долго молчат.

ВАЛЯ: Я тебя не предавала…
АНЯ: Ага, конечно!
ВАЛЯ: Аня… Я случайно.
АНЯ: Мне чисто случайно губы разбили?
ВАЛЯ: Я проболталась случайно.
АНЯ: А я не случайно! Пусть все правду знают, какая ты!
ВАЛЯ: Ты значит Белая, как невеста, а я Серая как грязь?
АНЯ: Ты сама это сказала.
ВАЛЯ: Сейфулина меня убьет.
АНЯ: Только Сейфулина?

ВАЛЯ смотрит на АНЮ, потом кидается на неё пытаясь отобрать тетрадь. АНЯ уворачивается, прячет тетрадь за спину. Завязывается короткая борьба.

ВАЛЯ: Отдай! Порву! Не смей!
АНЯ: Сейчас! Не отдам!
ВАЛЯ: Отдай! Порву!
АНЯ: Не порвёшь! Я новое напишу!

В итоге АНЯ с силой отталкивает ВАЛЮ, та падает на пол. АНЯ садится на стол расправляет смятую тетрадь. ВАЛЯ плачет.

ВАЛЯ: Это… Это жестоко… Нельзя так.

АНЯ молчит.

ВАЛЯ: Не знала я, что ты такая.
АНЯ: Ну, вот. Теперь знаешь.

ВАЛЯ садится в кресло, вытирает слёзы. АНЯ и ВАЛЯ долго молчат, не смотрят друг на друга.

ВАЛЯ: Умная, да? Начитанная? Крутая? А я — дура? Ни хрена! Сама ты ворона! Да, нет у меня таких вещей, нет жрачки вкусной, приставки! Учусь плохо. А ты чем лучше?! За что тебе это досталось?! Просто так!!! Разве ты это заслужила?!
АНЯ: Служат собачки в цирке!
ВАЛЯ: Сытая и наглая!
АНЯ: Вообще пофиг, что ты говоришь!
ВАЛЯ: Тебе все пофиг! У тебя всё есть, а тебе пофиг! Мать твоя пашет, чтоб у тебя всё было, а тебе пофиг! Ты даже прибраться в комнате не можешь, даже форму на плечики ровно повесить не можешь! Потому что тебе и на мать свою пофиг!
АНЯ: Заткнись, дура! Не трогай мою мать!
ВАЛЯ: Твою мать не трогаю я!
АНЯ: Рот закрой! И всё такое!
ВАЛЯ: Нет у меня ничего, зато я маму люблю! И она меня! Мы вечером с ней болтаем! В парк ходим, уток на пруду кормим! Мечтаем вместе!
АНЯ: Ой, блин, да о чем вы там мечтаете? Как чужие ногти чистить и борщ в Крыму варить?
ВАЛЯ: Не важно! Главное – мы вместе! А ты?! Нет матери дома, ты и рада!
АНЯ: Что?! Я мать не люблю?! Да, что ты знаешь вообще?!
ВАЛЯ: Ага, конечно! Сама всё сказала!
АНЯ: Я с тобой делилась! С подругой! Ты меня предала!
ВАЛЯ: И ты теперь предашь меня?
АНЯ: Накажу! И всё такое!
ВАЛЯ: Ты будешь это читать в классе?
АНЯ: Надо же двойку исправлять.
ВАЛЯ: Аня?
АНЯ: Что?
ВАЛЯ: Ань?
АНЯ: Что?
ВАЛЯ: А ты можешь…
АНЯ: Что?
ВАЛЯ: Можешь не читать?
АНЯ: С фигали?

ВАЛЯ машинально берет печенье, откусывает.

АНЯ: Хватит жрать моё печенье.

ВАЛЯ кладёт откусанное печенье рядом с джойстиком.

АНЯ: Не клади туда?
ВАЛЯ: А куда ложить?
АНЯ: Не «ложить», а класть!
ВАЛЯ: Чё?
АНЯ: Не «чё», а что?
ВАЛЯ: Аня…
АНЯ: Не «тока», а «только»! Не «тортЫ», а «тОрты»! Не «звОнит», а «звонИт». «ЗвОнит» – от слова «вонь»!
ВАЛЯ: Аня!
АНЯ: По-русски говорить надо уметь!

ВАЛЯ ищет глазами: куда положить.

ВАЛЯ: А куда ложи… класть-то? У тебя тут и так бардак.
АНЯ: Это мой бардак! Мой! Мне так удобно! И не лезьте в мою жизнь. Надо будет, приберусь.
ВАЛЯ: Аня, куда?
АНЯ: Положи, где взяла.
ВАЛЯ: На кухне.
АНЯ: Ну и?
ВАЛЯ: Ну, я пошла?
АНЯ: Вали, Валя! И всё такое!
ВАЛЯ: Я захлопну дверь… Печенье положу на кухне и захлопну.
АНЯ: Отличный план!

ВАЛЯ собирается, уже почти выходит из комнаты.

АНЯ: И книги мне вернуть не забудь!
ВАЛЯ: Принесу… Аня?
АНЯ: Что ещё?
ВАЛЯ: Не читай.
АНЯ: Да?
ВАЛЯ: Пожалуйста, прошу тебя!
АНЯ: Тебя это волнует?
ВАЛЯ: Это ты можешь без друзей, а я не могу.
АНЯ: Мама так говорит?
ВАЛЯ: Ну, пожалуйста.
АНЯ: Уходи!
ВАЛЯ: Аня…
АНЯ: Вали!

ВАЛЯ ещё какое время стоит в дверях, молча смотрит в пол.

АНЯ: Я сказала: уходи!

ВАЛЯ уходит, через некоторое время слышно, как захлопывается дверь. АНЯ садится к приставке, берет джойстик, пробует играть, слышны звуки компьютерной игры. Но через мгновение она отшвыривает джойстик.

АНЯ: Коза!

АНЯ вскакивает, берет со стола свой черновик. Перечитывает, шевеля губами.

АНЯ: Ворона! Не прощу!

АНЯ рвет тетрадь на клочки, раскидывает их по комнате, падает на кровать лицом в подушку, плачет.

Занавес.
г. Екатеринбург, май-июль 2019.

По вопросам сотрудничества:
Батурин Михаил Викторович
+7-9122488455, pr-center@list.ru
https://vk.com/club229203114